Книга Гений Медицины. Том 5, страница 14 – Виктор Молотов, Игорь Алмазов

— А, снова о лекарской магии, — скривился он. — По всем стандартам в лечении пациентов преимущество отдаётся препаратам, а не воздействию магии.

— А я хочу доказать, что магией можно лечить более качественно, — улыбнулся я. — Приходите, я запланировал первую лекцию на субботу, на два часа дня.

— Я не собираюсь ходить на ваши лекции, — важно ответил эндокринолог. — Я себя уважаю.

— Очень в этом сомневаюсь, — заметил я. — Что ж, тогда всего доброго.

Владислав Сергеевич застыл на месте, силясь придумать мне какой-нибудь достойный ответ. Но ничего придумать не смог. Я так и ушёл к лифтам в полном молчании.

Вернувшись в терапию, я провёл обход по своим пациентам, и засел в ординаторской с историями болезней.

— Да потому что ты мне уже надоел! — в сердцах воскликнул появившейся в дверях Зубов. — Врач из тебя никакой, ты постоянно только и можешь, что отпускать свои тупые шуточки.

— А сам-то, — фыркнул зашедший вслед за ним Терентьев. — Разыгрываешь из себя такого умного и проницательного начальника, а шутки у самого ходят по тонкой грани с издевательствами!

— Издевательства — это дружба с тобой, — отрезал наставник. — Иди к себе на отделение, и не трогай меня больше.

— С радостью! — гинеколог развернулся и громко закрыл за собой дверь.

На моей памяти первый раз вижу, чтобы они так ссорились. Уж друзей лучше чем эти двое вообще не найти.

— Михаил Анатольевич, всё в порядке? — спросил я.

— А, Боткин, — как-то рассеянно отозвался он. — Не знаю, что это вообще на меня нашло. Как помутнение какое-то. Переутомился, наверное.

Он почесал голову, и тоже вышел из ординаторской. Странная картина.

— Хозяин, — сегодня я взял с собой Клочка, и он старательно наблюдал за всем происходящим. — Творится что-то неладное. Во всей клинике странный запах.

— О чём ты, пожар? — напрягся я.

— Нет, — помотал он головой. — Это что-то другое. Никак не могу понять, что.

В ординаторскую заглянула Надежда Васильевна, главная медсестра, и Клочок поспешил спрятаться.

— На УЗИ сегодня никого больше не возьмут, аппарат сломался, — объявила она. — У вас два пациента не успели пройти, я их на завтра тогда оставлю.

Неприятно, но пережить можно. Это плановые УЗИ, никто из моих пациентов не должен выписываться.

Но меня не покидает ощущение, что происходит что-то не то.

Я кивнул, и главная медсестра ушла.

«О чём я и говорю» — в этот раз мысленно заявил крыс. — «В клинике творится нечто странное. Надо разобраться».

Я вышел из ординаторской. В воздухе явно ощущалось какое-то напряжение. Из палат слышали ссоры, персонал был раздражительный.

Хотя ещё с утра всё было абсолютно нормально! Что-то здесь не так.

Услышал, как ко мне в коридоре кто-то молча подходит со спины, и резко развернулся. Это оказался айтишник Матвей. Он протянул мне листок бумаги с написанным от руки текстом.

«Следуйте за мной. Вы должны это увидеть».

Изначально Матвей помогал Кобылину в осуществлении его плана, чтобы наша клиника провалила первый этап соревнования. Он должен был вызвать сбой калибровки оборудования в лаборатории.

Потом Матвей реабилитировался, и даже дал показания против Кобылина. Которые сыграли свою роль во всей этой истории.

Так что в принципе ему можно было доверять, хоть я и был начеку.

Не стал терять времени на расспросы, а кивнул, и отправился за Матвеем. Он привёл меня на административный этаж, к кабинету Кобылина. Кати Ениной в маленьком закутке перед кабинетом уже не было. Интересно, куда её перевели на этот раз.