Книга Гений Медицины. Том 2, страница 92 – Виктор Молотов, Игорь Алмазов

— Это которая в закутке на нашем этаже? — уточнил я.

Крыс ведь не сможет вести меня через всё отделение, нужно было точно узнать дорогу до этой каморки.

— Ага, — подтвердил он. — Там обычно Шуклин любит спать. Это его излюбленное место, где никто не тревожит и не дёргает.

Тогда тем более очевидно, что Никиту усыпил и спрятал именно Шуклин. Только зачем — пока непонятно. Наверняка какой-то новый дурацкий план. Однако Никита не интерн, и я не вижу мотивации Шуклина вредить ему.

Я добрался до нужной комнаты, зашёл внутрь и включил свет. Там действительно обнаружился Никита, под головой у которого находились тюки с больничным постельным бельём.

Диагностический аспект. Организм в порядке, просто спит. Узнать бы, что за препарат ему дали. Но это не к спеху, сейчас самое лучшее, что можно сделать для него — дать проспаться.

В кладовую открылась дверь, и внутрь завалился Шуклин. Увидев меня, он сразу попытался сбежать, но я ему не дал этого сделать.

— Паша, стоять, — поймав его за рукав халата, проговорил я. — Твоих рук дело?

— Я не понимаю о чём ты, — залепетал он. — Я просто так сюда пришёл. А тут ты… И Никита. Так это ты его⁈

Прямо на глазах у Шуклина родилась гениальная идея, как спихнуть всю вину на меня. Он прямо-таки преобразился — расправил плечи и смело уставился мне в глаза.

— Что ты сделал с Никитой? — невозмутимо спросил он. — И почему сразу не признался?

Гениально. Логика в стиле Шуклина. Спихнуть всё на того, кто первым обнаружил спящего коллегу.

— В ординаторскую понесли его, — я даже не стал отвечать на этот вопрос. Важнее было помочь Никите.

Мы подхватили его и перетащили в ординаторскую. Повезло, что по пути никого не встретили, а то вопросов возникло бы немерено. А потом бы и новые слухи по отделению поползли — один веселее другого. Нашим медсестрам только повод дай — до конца жизни кости перемывать будут.

Теперь понятно, почему Шуклин так любит эту подсобку, закуток находиться недалеко от ординаторской, и путь можно выстроить через коридор, где почти никто не ходит. Даже с поста главной медсестры не просматривается, идеальное место. Главные сплетни рождались именно благодаря великолепному обзору с того поста.

В ординаторской был Зубов, который с лёгким недоумением теперь наблюдал, как мы заносим обмякшее тело врача, и укладываем на диван прямо перед его носом. С очень лёгким недоумением наблюдал… Ничего необычного ведь не произошло!

— Это что за… беспорядок? — с трудом подобрав не ругательное слово, спросил наставник.

— Это всё Боткин! — радостно заявил Шуклин. — Я вообще тут ни при чём!

Ещё бы подпрыгнул от радости, чтобы наверняка показать свою непричастность. У меня времени на все эти игры не было.

— Никита приходил в себя и успел сказать, что его отравили. И даже сказал кто, — заявил я.

— Он не мог, ему спать ещё несколько часов! — тут же воскликнул Шуклин, и в следующее мгновение зажал рот руками.

Врать он умеет плохо. Точнее, вообще не умеет! Удивляюсь, как у него вообще получается строить козни, если его так просто расколоть.

— Потрудитесь объяснить, птенец намбер ту, — строго произнёс наставник.

Шуклин вздохнул, но отвечать не спешил. Ох, так и до вечера теперь здесь проторчим.

— Никиту я нашёл в подсобке, — решил первым отчитаться я. — Состояние его удовлетворительное, пульс и давление в норме. Судя по всему, он находится под действием сильного снотворного. Подозреваю пентобарбитал, но насчёт этого не уверен, разумеется. Пути, по которым снотворное оказалось внутри Никиты, пока неизвестны.