Книга Бывает и хуже? Том 7, страница 24 – Виктор Молотов, Игорь Алмазов

— И работать стало поспокойнее, — добавил Щербаков. — Петрович не зря своему зятю говорил, что от гнилых людей надо избавляться. Сразу и обстановка в коллективе нормализовалась, и как-то лучше всё стало.

Я кивнул. Хорошо понимал, о чём он говорил, иногда один человек может оказывать очень сильное влияние на весь коллектив.

— Даня, мне как раз с тобой нужно поговорить, — сказал я. — Давай отойдём на минутку.

Мы оставили девушек болтать, а сами отошли в сторону. Я в своё время очень помог Дане, а точнее, его подруге Марине. И теперь мне нужна была ответная услуга.

Поэтому я коротко рассказал ему, что узнал про Бородина и его пункт.

— Ты хочешь, чтобы я провёл журналистское расследование, так ли дела обстоят и на других пунктах? — тут же догадался Щербаков.

— Да, — кивнул я. — Но пока не оформляй это в статью. Я хочу, чтобы это была бомба замедленного действия, и как только Бородин снова атакует, можно будет её сбросить.

— А это, ко всему прочему, и материал интересный, — задумчиво отметил Щербаков. — Слушай, расследование проведу. Но если понадобится публикация — тут всё не от меня будет зависеть, сам понимаешь.

Но там, если что, у меня есть ещё один знакомый, тот самый Петрович, чей зять работал главным редактором. Когда-то спас Петровичу жизнь, и человек остался мне благодарен, хоть я и не просил ничего взамен. Однако с ним можно будет договориться.

Я действовал заранее. Потому что в новых ударах от Бородина не сомневался.

— Договорились, — кивнул я.

Мы вернулись к Лиле и Марине, поболтали вчетвером и разошлись. Я отправился уже провожать Лилю до дома, потому что на сегодня ещё запланировал тренировку в ФОКе.

Возле подъезда она наградила меня новым поцелуем и убежала. Я зашёл к себе домой за спортивной сумкой и отправился в ФОК.

Переоделся и, согласно плану тренировок от тренера Виталия, начал разминку. И услышал знакомый голос за спиной.

— Саня? — удивлённо спросил Никифоров.

Ух ты, так наш хирург, оказывается, тоже ходит в ФОК.

— Привет, — усмехнулся я. — Не ожидал тебя увидеть.

— Да я уже давно хожу, — гордо выпятил грудь Тоха. — Чтобы в форме себя держать. У хирурга тело должно быть крепким и подтянутым!

Это он сам себе придумал, но да ладно.

— Как твои дела? — спросил я. — Как тренировки и учёба?

— В этом плане-то всё хорошо, — Никифоров резко стал серьёзнее. — Но я решил сам пойти завтра к Кречетову и рассказать про ту ситуацию с Горшковым и препаратами.

Неожиданное решение.

— Зачем? — спросил я.

— Он сейчас проверяет абсолютно всё, — пожал плечами хирург. — А значит, рано или поздно раскопает и это. И я подумал, что лучше уж лично скажу ему, как всё это было. Чем если он найдёт это сам. Я постараюсь всё объяснить, а там уж будь что будет.

Это было смелое решение, но вполне правильное. И я гордился хирургом.

— Ты молодец, — сказал я. — Это правильно.

— Надеюсь, — усмехнулся он. — Конечно, увольнения мне не хочется. Но ещё хуже жить и бояться, что эта информация всплывет. Раз уж виноват — надо отвечать до конца.

Он вернулся к тренажёру, а я приступил к своей тренировке. Тренировку провёл строго по плану от Виталия: разминка, базовые упражнения, кардио. Никифоров тренировался отдельно, мы только пару раз ещё обменялись фразами.

В начале десятого вышел из ФОКа и направился домой. Тело снова гудело, и это было очень приятное чувство. Дома принял душ, поужинал, покормил Федю и отправился спать.