Книга Бывает и хуже? Том 7, страница 20 – Виктор Молотов, Игорь Алмазов

— Банок пять, может, шесть, — наморщил он лоб. — Ещё пацаны на курсе колу советовали, её тоже несколько бутылок. А ещё таблетки, от усталости, на травах…

— И как давно вы не спали? — уточнил я.

— Трое суток, — признался Дмитрий. — Сессия горит, ничего не успеваю!

Вот и ответ. Кофеина просто огромное количество. В итоге классическая кофеиновая интоксикация с присоединением вегетативной реакции. У молодых, здоровых ребят она часто выглядит именно так: тахикардия, дрожь, панические атаки на этом фоне.

— Дмитрий, у вас нет никакого инфаркта, — мягко сказал я. — У вас банальная острая кофеиновая интоксикация. И я вам помогу.

— Похоже на инфаркт, — помотал он головой.

Упрямый.

— Лена, выпиши направление на ЭКГ по цито и отведи туда пациента, — распорядился я.

Больше для его спокойствия, сам-то я уже праной всё проверил. Влил уже небольшое количество, чтобы постепенно начать снимать кофейную интоксикацию.

Лена быстро выписала направление и осторожно повела Дмитрия на ЭКГ. Я успел принять пару пациентов до их возвращения.

— Синусовая тахикардия только, — протягивая мне плёнку, заявила Лена.

Как я и говорил.

— Итак, сейчас вам надо пить больше воды, — сказал я. — Лена, налей ему стакан воды, пожалуйста.

Параллельно я делал вид, что считаю пульс, и вливал прану. Снимать кофеиновую интоксикацию полностью я не собирался. На это уйдёт много энергии, а она может ещё понадобиться. Да и интоксикация уйдёт за несколько часов, как только парень перестанет вкачивать в себя энергетики и выспится. Поэтому я просто успокаивал сердечный ритм и гасил паническую атаку.

— Так, никакого кофе, чая, колы, энергетиков минимум сорок восемь часов, — строго сказал я. — Пейте больше воды. И самое главное, сейчас придёте домой и ляжете спать.

Заснёт он без сомнений, моя прана поможет.

Дмитрий выпил предложенный Леной стакан воды. Выглядел он уже куда спокойнее.

— А как же сессия? — спросил он. — Послезавтра экзамен ещё один.

— Если вы продолжите в таком духе, то не сможете даже билет вытянуть, — строго сказал я. — Лучше отвечать на экзамене в адекватном состоянии.

Он послушно кивнул. Совокупность моих слов и праны действовала отлично.

— И ещё, я понимаю, что сессия — это стресс, — добавил я. — Но не стоит мешать энергетики, непонятные таблетки и кофе. Это путь в реанимацию. У молодых организм терпит до поры до времени, потом терпеть перестаёт. Начинаются аритмии и гипертонические кризы. Не делайте так больше.

— Понял, — снова кивнул Дмитрий. — Спасибо, доктор. Мне как-то уже легче стало.

Я ещё выписал ему лёгкое успокоительное, чтобы он легче переносил сессию, и отпустил домой.

— Знакомая картина, — сказала мне Лена, когда он вышел из кабинета. — Сама жёстко переживала на сессиях. Сидела на энергетиках, хотя и не в таком количестве.

Как и сам Саня, возможно. Только я об этом уже не помнил.

В этот момент дверь моего кабинета без стука распахнулась, и вошёл Бумагин собственной персоной.

— Ну что, Саня, — проговорил он. — Пакуй трусишки!

— Чего? — поднял я на него взгляд. — Очередной очень странный прикол?

— Да какие приколы! — отозвался Илья. — Собирай вещи, мы с тобой едем в Санкт-Петербург. На конференцию!

ЧТО⁈