Книга Бывает и хуже? Том 7, страница 121 – Виктор Молотов, Игорь Алмазов

— Поехали, — кивнула Стася. — Ой, а что мне надеть тогда?

Гриша закатил глаза, и все дружно рассмеялись. Я посидел с друзьями ещё около часа, а затем пошёл к себе. Высыпаться перед завтрашним дежурством.

Утром уже отправился в стационар. Ночное дежурство сегодня было у Елены Александровны, она передала мне всех пациентов и радостно ушла домой.

Я успел проведать пациентов во время утреннего обхода, а затем поступил первый больной от скорой. Женщина, тридцать четыре года, с лихорадкой, головной болью и рвотой.

Я спустился в приёмное отделение. Там сегодня работала Марина; увидев меня, она коротко улыбнулась.

— Температура на момент приезда тридцать девять и два, — отчиталась фельдшер, имени которой я не знал. — Жалобы на головную боль, рвоту, светобоязнь. Подозреваю менингит. Сделала литическую смесь, привезла к вам.

Она имела в виду жаропонижающий укол.

— Хорошо, — кивнул я.

Фельдшер заполнила бумаги и ушла, а я подошёл к пациентке.

— Здравствуйте, — поздоровался я. — Меня зовут Александр Александрович, врач-терапевт. Как вас зовут?

— Ольга, — представилась та. — Самохина Ольга Константиновна.

— Ольга Константиновна, рассказывайте, на что жалуетесь, — сказал я.

Женщина прикрыла глаза.

— Позавчера вечером всё началось, — начала она. — Сначала просто познабливало немного. Я подумала, что простыла, на работе сквозняки страшные. Выпила парацетамол, легла спать спокойно. Ночью проснулась, температура была тридцать восемь и шесть. Голова болела так, что свет включить не могла. И вот всё хуже и хуже.

— Сейчас свет тоже мешает? — уточнил я.

— Да, — отозвалась Самохина.

Я выключил в приёмном отделении верхний свет. Женщине стало чуть полегче.

— Рвота когда началась? — продолжил опрос я.

— Вчера утром, — сказала Ольга Константиновна. — Сначала просто тошнило, потом начало рвать. Раза четыре, может, пять за день. Я ничего не ем со вчера. Воду пью, и от неё тоже выворачивает.

— Стул какой? — спросил я.

— Нормальный, — ответила она. — Голова болит ужасно, прямо шевелить ей больно.

Так, кожа сухая, горячая. Лимфоузлы на шее увеличены с двух сторон.

Я взял неврологический молоток. Приступил к стандартному осмотру.

Ригидность затылочных мышц есть. Некритично, но они сильно напряжены, и голову к груди наклонить у пациентки не получается. Мышцы шеи сопротивляются, и она морщится от боли.

Симптом Кернига положительный с обеих сторон. Согнутую в тазобедренном и коленном суставе ногу разогнуть полностью не удаётся, мышцы бедра напрягаются.

Симптом Брудзинского тоже слабоположительный.

Я выпрямился. Судя по этим трём показателям, это менингеальный синдром. Но ещё нужно определить, какой именно это менингит.

Невролога пока звать не стал, надо разобраться самому.

— Хронические заболевания есть? — спросил я.

— Нет, — мотнула она головой и тут же поморщилась. — Я вообще не болею. То есть простуды бывают, но на этом всё. Гипертонии нет, диабета нет, ничего такого нет.

— Беременность? — спросил я.

— Мы планируем, но пока… нет, — ответила Ольга Константиновна.

— Не принимаете преднизолон, цитостатики, биологическую терапию? — спросил я.

— Нет. Ничего такого.

— Так, ели за последнюю неделю что-то необычное? — спросил я. — Что обычно у вас нет в рационе?

Женщина задумалась.

— Сыр ела, — сказала она. — Меня в деревне одной угостили, мягкий такой, фермерский. Очень вкусный!