Книга Бывает и хуже? Том 6, страница 79 – Виктор Молотов, Игорь Алмазов

Она протянула мне лист бумаги. Список был внушительным. Амлодипин, лизиноприл, аторвастатин, метформин, омепразол, ещё десятка два наименований. Напротив каждого стоял срок годности, и у многих он заканчивался в течение ближайших двух-трёх месяцев.

— Ситуация стандартная, — пояснила женщина. — Препараты поступают к нам по федеральной программе, мы их выдаём по льготным рецептам. Но если врачи не выписывают рецепты вовремя, препараты лежат на полках и истекает срок годности. А потом мы их списываем, и это потеря для бюджета.

— Я понял, — кивнул я. — Вижу несколько особо критичных позиций, ими надо заняться в первую очередь. У нас на учёте много пациентов, которые имеют льготы, надо просто сообщить терапевтам. Я сегодня же соберу планёрку.

Знаю, в чём тут проблема. Многие просто ленятся выписывать рецепты и используют отмазку «препарата нет, покупайте сами». А людям проще купить, чем возмущаться.

— Правда? — Наталья Сергеевна явно удивилась. — Я с этим списком ходила к Тамаре Павловне три раза. Она каждый раз говорила «да-да, обязательно» и ничего не делала.

— Я сделаю, — улыбнулся я. — Оставьте его мне.

Фармацевт заметно повеселела.

— Спасибо, — кивнула она.

Попрощалась и вышла из кабинета. Так, значит, сегодня день тоже не обойдётся без планёрки. Вторая уже за неделю, но поводы всегда важные.

— А ты сейчас сильно занят? — вдруг спросила Лена.

— Ну вообще да, планёрку хочу созвать, — ответил я. — А в чём дело?

— Я хотела обсудить с тобой беременность, — заявила медсестра.

Чуть телефон не уронил! Это ещё что за новости⁈

Я уставился на Лену в ожидании продолжения. На несколько минут все остальные проблемы ушли на второй план.

— Ты беременна? — спросил я.

Медсестра тут же залилась краской.

— Нет, конечно! — воскликнула Лена. — Я не про свою, ты чего! Я про Дымка тебе говорю, кота своего.

Я выдохнул. Так, по крайней мере, Лена не про себя. Не хотел бы я в ближайшем будущем лишиться такой замечательной медсестры. Хотя, конечно, если бы она говорила про себя, я бы искренне за неё порадовался.

— У тебя Дымок беременный? — запутался я. — Или он снова оказался Дымкой?

Своего котёнка Лена брала из моего котоприюта. И долгое время она не могла понять, какого же он пола. Сначала он был мальчиком, потом она решила, что это девочка. Затем ветеринар вроде бы вынес окончательный вердикт, что всё-таки мальчик. А теперь вот снова вопрос в его поле.

— Нет, он Дымок, — помотала она головой. — И он учудил мне большие проблемы.

— Рассказывай, — кивнул я.

— В общем, я балкон иногда держу открытым, проветриваю, — начала объяснять она. — А у нас с соседкой балконы смежные, перегородка есть, но внизу есть щель. И Дымок решил через эту щель пробраться в другую квартиру. А у соседки кошка. Породистая какая-то, я, правда, не знаю, что за порода. Она её за большие деньги купила, буквально неделю назад, что ли. Все уши мне про неё прожужжала. И теперь эта породистая красавица, вероятно, беременна от моего беспородного Дымка.

Породистая кошка и дворовый кот-хулиган. В моём котопритоне породистых я не помню, да и откуда им там взяться? Мезальянс века.

— А соседка знает? — спросил я.

— Пока нет, — вздохнула Лена. — Дымок сделал дело и вернулся ко мне. А о том, что дело сделано, я знаю по кошачьим довольным крикам. И теперь, если соседка узнает… Она меня убьёт. А Гав почти наверняка окажется беременной.