Книга Бывает и хуже? Том 6, страница 28 – Виктор Молотов, Игорь Алмазов

Это и в самом деле было приятно.

— Второй вопрос у меня рабочий, — Маргарита Семёновна покопалась в папке и достала какие-то списки. — Это нужно отдать терапевтам по участкам. Ужасно много людей не проходят плановое обследование. Флюорографию нужно делать раз в год, а тут есть люди, которые и по пять лет не делали.

Я забрал у неё списки, автоматически кивнул. За свой участок не волновался — Лена тщательно следила за этим. Но остальным нужно передать, да.

— Спасибо, я разберусь, — кивнул я.

— И третий вопрос, — женщина снова полезла в папку. — Нам же привезли новый рентген-аппарат. Но это вы в курсе.

Ещё бы. Не скоро забуду панику, которую развёл Колян, когда предыдущий аппарат якобы пропал. А на деле он просто не удосужился проверить свою почту, где ясно было сказано, что ожидается замена аппарата.

— И как он? — спросил я.

— Потрясающе! — с гордостью сообщила Маргарита Семёновна, и в её голосе прозвучал неподдельный восторг. — Александр Александрович, это просто космос какой-то! Качество снимков несравнимо лучше, доза облучения в разы меньше, всё автоматизировано, результаты сразу в электронном виде. Я как будто из каменного века в будущее попала. Работать одно удовольствие!

Я не сдержал улыбки. Этот восторженный тон говорил о том, что она действительно профессионал своего дела.

— Это замечательно, — ответил я.

— И я подумала, — смущённо продолжила Маргарита Семёновна. — Столько вон людей не ходят даже на флюорографию. Не понимают, насколько это важно. Верят всяким мифам про рентген. И я хочу прочитать лекцию в вашей школе здоровья. Уже начала вот подготавливать материал. Расскажу, чем отличается флюорография от рентгена, как работает рентген, какие дозы облучения мы получаем в повседневной жизни и при обследовании, почему бояться не нужно. Развеять все эти мифы про то, что «от одного снимка будешь светиться в темноте» или «рентген вызывает рак». Объясню людям простым языком, почему это важно и безопасно.

А ведь отличная идея. Я всегда был только «за», когда в моей школе здоровья появлялись новые лекторы.

— Прекрасная идея, — улыбнулся я. — Такая лекция точно нужна. Вы как специалист сможете объяснить всё доступно и развеять страхи.

Маргарита Семёновна улыбнулась.

— Вы правда так думаете? — спросила она.

— Конечно, — кивнул я. — Вы подойдите сейчас в отделение профилактики, к медсестре Вике. Она составляет расписание и выберет для вас удобную дату. Сделает анонс, обеспечит слушателями. А от вас только сама лекция.

— Спасибо вам огромное, — женщина встала со стула, собрала свои бумаги. — Вот правда. Знаете, я в медицине уже очень давно. И за эти годы видела много врачей. Хороших, плохих, равнодушных, увлечённых. Но такие, как вы, встречаются редко. Вы действительно болеете за дело, за пациентов, за коллектив. Вы не просто отсиживаете часы на работе, а стараетесь что-то изменить, улучшить. И это чувствуется. Спасибо вам.

Внезапная и очень приятная похвала.

— Спасибо, — улыбнулся я.

Маргарита Семёновна развернулась и скрылась за дверью. Я ещё раз посмотрел на списки, которые она передала.

Что ж, похоже, первый же мой день в роли заведующего терапией не обойдётся без планёрки.

Правда, я всё-таки решил не делать как Лаврова. Подождал окончания приёма первой смены, а затем уже вызвал всех к себе. Кому-то позвонил сам, кому-то попросил позвонить Лену.