Книга Бывает и хуже? Том 5, страница 12 – Виктор Молотов, Игорь Алмазов

Елизавета Михайловна задумчиво кивнула.

— Она хороший специалист, — заметила она. — Я с ней поговорю. Но на неё одну такая нагрузка…

— Это временно, — ответил я. — Потом придумаем что-нибудь ещё.

Я очень хотел подтянуть ко всему этому Коляна, который явно уже засиделся в рентген-лаборантах. Но пока что не представлял, как это устроить. У него нет даже высшего медицинского образования.

— Хорошо, — кивнула Савчук. — Александр, спасибо большое. В очередной раз.

— Да не за что, не писал бы он докладную — вообще ничего бы не узнали, — хмыкнул я. — Я пошёл.

А ведь действительно, только из-за своей докладной он в итоге и прокололся. А так его документы никто не проверял. То ли Власов просто закрыл на это глаза, то ли Свинтинов вообще обманул всех. Теперь это было неважно.

Насколько я могу судить по заключению для Ирины Петровны, Свинтинов и УЗИ-то не всегда описывал точно. К сожалению, у нас действительно не было пока других врачей, чтобы иметь альтернативу.

К девяти утра я наконец добрался до своего кабинета.

— Саша, я два раза звонила! — воскликнула Лена. — Уже переживать начала, обычно ты всегда к восьми утра приходишь!

И в самом деле, два пропущенных. Совсем не слышал.

— Да я кое-какие дела решал, — примирительно улыбнулся я.

— Я читала в паблике про происшествие на матче! — заявила медсестра. — Там даже фотки есть, где ты раненым помогаешь. Ты в порядке?

— Да, — я собирался рассказать, что произошло, но меня перебили. Перебили робким и тихим «гавом». И этот звук издала не Лена…

На руки к моей медсестре прыгнул маленький щенок.

Так, какого чёрта у нас в кабинете делает собака⁈

Нет, ну я уже ко многому в этой жизни привык, конечно. Заставал у себя в кабинете скелета Геннадия, конфеты с гайкой, красные надписи… Но щенок — это уже совсем перебор. Нечто противоестественное даже по меркам моей жизни.

Обычный маленький пёс, бело-рыжего цвета, со смешными висячими ушами. Он выглядел как маленькая толстая сарделька на ножках. И абсолютно точно он не должен был находиться в нашем кабинете.

Совершенно спокойно сидел у Лены на руках и смотрел на меня маленькими чёрными глазами.

— Лена, — медленно произнёс я. — Что это?

— Щенок, — ответила медсестра так, словно это было самой очевидной вещью на свете.

— Я вижу, что щенок, — кивнул я. — Вопрос в другом. Что он здесь делает? В нашем кабинете, в поликлинике. В медицинском учреждении, где санитарные нормы существуют не просто так?

Лена прижала щенка к груди, словно пытаясь защитить от этого ужасного мира. Он тут же лизнул её в щёку. Я тяжело вздохнул.

— Я его нашла, — призналась девушка. — Утром, возле подъезда. Он сидел совсем один, голодный, холодный, одинокий! Вокруг не было ни души, а у него ни ошейника, ни бирок. Один, совсем один…

Сейчас прям расплачусь, какая трогательная история!

— И ты решила притащить его в поликлинику? — приподнял я бровь. — Вот серьёзно?

— А что мне ещё было делать⁈ — воскликнула Лена. — Дома у меня Дымок, и я не могла притащить к нему собаку. И оставить на улице не могла. Его могли обидеть, или он мог замёрзнуть, или под машину попасть!

Щенок в этот момент тихонько гавкнул, словно подтверждая её слова. Посмотрел на меня глазами, полными надежды и доверия.

Так, не поддаваться. Это собачья манипуляция. Я взрослый человек, профессионал, мужчина. Я не из тех, кто ведётся на подобные вещи.