Книга Бывает и хуже? Том 4, страница 6 – Виктор Молотов, Игорь Алмазов

— Ну чего? — с волнением спросил он.

— Два месяца у тебя есть, — ответил я. — За это время надо долг вернуть. Не вернёшь — пожалеешь, обещаю.

— Верну, честное слово! — обрадовался Колян. — Спасибо, Саня!

— Теперь жди от меня заданий, — серьёзно сказал я и положил трубку.

Так, минус одна проблема, плюс один союзник. Не то чтобы союзник, но помощник. Чтобы разобраться с Власовым раз и навсегда.

А теперь пора к бабе Дуне. Проблемы проблемами, а уровень праны никто за меня не повысит.

Я пешком добрался до уже знакомой избушки, вошёл внутрь. Баба Дуня сидела на лавке со своим вязанием. Спицы ловко мельтешили в её руках, а внизу красовался длинный шарф.

— Пришёл, — кивнула она мне. — Здравствуй.

— Здравствуйте, — ответил я. — Да, на новое занятие.

Я задумался, рассказывать ли бабе Дуне про её внучку или нет, но она меня опередила.

— Варька заходила ко мне в тот вечер, — заявила она. — Угрожать пыталась.

По крайней мере, мне не придётся выбирать, рассказывать про ту встречу или нет.

— Угрожать? — удивился я.

— Да, волнуется она за тебя, — баба Дуня не прекращала вязание, хотя говорить об этом ей явно было тяжело. — Ивана мне простить не может. Сказала, что если с тобой что случится — я пожалею. Что рядом с тобой и так смерть ходит.

Она мне говорила нечто подобное. Правда, не про смерть, а про проблемы. Варя казалась мне всё более и более загадочной.

— Она приехала среди ночи, потому что ей приснился сон про меня, — рассказал я. — И она забеспокоилась обо мне.

— Добрая внучка у меня, чистое у неё сердце, — кивнула баба Дуня. — Но ты и сам непростой, правда ведь. Внучка рассказала, что чувствует в тебе много жизненной энергии, праны. Я не очень-то верю в это её учение философское, но она говорит, что ты отличаешься от всех. Это я и сама вижу.

Баба Дуня отложила вязание, посмотрела мне в глаза.

— Тебе пора правду сказать, Александр, — заявила она. — Ты ведь владеешь магией?

Я уставился на бабу Дуню. Меня только что раскрыли? Но как, если в этом мире совершенно не было магии?

Она смотрела спокойно и выжидающе. Взгляд голубых глаз пронизывал насквозь, и она ждала ответа.

Так, молчание, пожалуй, затянулось. Что же ей сказать? Я не думал, что вообще кому-то признаюсь про наличие у себя праны. Но тут выбора у меня не было.

Однако главную тайну, про перерождение из другого мира, я раскрывать был не намерен. Даже бабе Дуне. Неизвестно ещё, к каким последствиям приведёт эта информация.

— Да, я владею магией, — сказал я. — Целительской.

Баба Дуня кивнула. Спокойно, без удивления, без шока. Словно я просто подтвердил то, что она и так знала.

— Так я и думала, — просто сказала она.

Неожиданно.

— Как вы это поняли? — спросил я.

Баба Дуня не ответила. Отложила вязание, встала, подошла к столу. Налила две кружки травяного настоя, одну протянула мне.

— Садись, поговорим, — сказала она. Я сел напротив неё, взял одну кружку. Она продолжила: — Как я поняла? Не знаю. Увидела, почувствовала, ещё в самую нашу первую встречу. Тогда ты попросил обучать тебя травничеству для укрепления тела и духа. И я сказала, что это близко к правде, помнишь?

Я кивнул. Конечно, хорошо помнил нашу первую встречу. Тогда сразу понял, что она очень важна для меня.

— Я сразу почувствовала, что травы тебе нужны не для этого, — продолжила старуха. — И потом, в следующие встречи, я всё яснее это чувствовала. Беспокоилась, если уж по правде. Боялась тебя.