Книга Бывает и хуже? Том 3, страница 12 – Виктор Молотов, Игорь Алмазов

Я с трудом подавил улыбку. Ленины предложения мести были довольно детскими.

— Кристина подставила тебя с деньгами, заранее подготовив весь план, — проговорил я. — Значит, нам надо действовать по той же схеме. Только ещё умнее. Не просто отомстить, а показать всем, насколько они гнилые люди.

— И как мы это сделаем? — оживилась медсестра.

— Для начала нам нужна приманка, — ответил я. — Например, на следующую же планёрку к Татьяне Александровне возьмёшь с собой блокнот. И как бы невзначай ненадолго оставишь его, забудешь. А из блокнота будет случайно торчать лист бумаги с надписью: «План, как разобраться с К. и Ш.»

Лена внимательно слушала меня, пока что явно не понимая, к чему я веду.

— Так и что будет в этом плане? — совсем запуталась она.

— Да это неважно, — усмехнулся я. — Хоть про рыбину пиши свою. Главное, что блокнот мы перед этим обработаем нингидрином.

Не зря я успел потратить время на собственный план. Даже заказал нингидрин уже.

— Чем? — переспросила медсестра.

— Нингидрином, — повторил я. — Это химическое вещество. Используется в криминалистике для выявления скрытых отпечатков пальцев. Реагирует с аминокислотами в поте, которые остаются на поверхности при прикосновении. После контакта с кожей при определённых условиях даёт фиолетово-синее окрашивание. Называется реакция Руэманна.

Да, подготовился я на славу.

— И что потом? — Лена подалась вперёд всем телом и перешла на шёпот.

— Ждём, — развёл я руками. — Желательно дать им побольше времени. Нингидрин активируется при нагревании или просто со временем. И да, этот реактив я уже заказал.

Точнее, заказал мне его Гриша. Я не очень-то смог разобраться в этих онлайн-магазинах. Надо отдать ему должное, даже лишних вопросов не задал. Начал привыкать к моим странностям.

— И у них на руках останутся пятна от этого соединения? — догадалась Лена.

— Именно, — кивнул я. — И эти пятна не смываются обычной водой с мылом, они сохраняются в коже на несколько дней. Нам останется только продемонстрировать это при свидетелях, дополнительно снабдив словесной приправой. Это я возьму на себя.

Девушка широко улыбнулась.

— Это же гениально! — воскликнула она. — У них буквально на руках будет написано, что они сами лазали по моим вещам. Это шикарно, и отрицать не смогут!

— Именно, — кивнул я. — Ни ругани, ни обвинений в воздух. Просто факт, от которого им будет не отмыться.

— Скорей бы тогда пришёл этот ни-гидро-что-то там! — захлопала в ладоши медсестра.

Я решил немного остудить её пыл.

— Кристина не должна заподозрить ловушку, — предупредил я. — Нужно будет сделать всё максимально естественно. Не как приманку.

— Я поняла, — Лена уже вовсю зажглась этой идеей. — Я даже знаю, что написать, чтобы она точно не выдержала!

— Отлично, — кивнул я.

План мне нравился, потому что он не был жестоким или глупым и поверхностным. По сути, даже не месть вовсе. Я предоставлял Кристине выбор. Она может и не заглядывать в чужой блокнот. А уж если заглянет — то будет вынуждена за это поплатиться.

Даже ни в чём обвинять не будем их. Просто дадим шанс показать себя такими, какие они есть. А я уверен: они точно не упустят возможность порыться в вещах Лены. Отлично.

Мы ещё немного пообсуждали детали плана, а затем наступило время приёма. И мы погрузились в работу.