Книга Бывает и хуже? Том 2, страница 11 – Виктор Молотов, Игорь Алмазов

— Так, рак лёгких, третья стадия, — снова себе под нос начала читать она. — Онколог есть, гистология есть, это есть… В реабилитационном прогнозе у вас стоит «благоприятный». Почему?

— Там химиотерапия закончена, с хорошим ответом, — наморщив лоб, ответил я.

— Неважно, всё равно надо ставить «сомнительный», — объяснила Савчук. — Просто запомните на будущее, тут я сама исправлю.

Она исправила этот момент, заново распечатала протокол и вложила в карту.

— А так всё хорошо, даже скучно, — подытожила она. — Думала, развлекусь хоть.

Точно, Юля мне говорила о чём-то подобном. Видимо, она мне так хорошо объяснила правила заполнения инвалидностей, что я смог справиться почти без ошибок с первого раза.

— Обе отправлю сегодня же, — добавила Савчук.

Я кивнул и тоже сделал глоток кофе. Крепкий, горький, без сахара. Сразу же дал мне заряд бодрости и энергии.

— Нравится? — внимательно посмотрела на меня Савчук.

— Вкусный, — кивнул я. — Я редко кофе пью, но иногда можно себе позволить.

— Это точно, — она внезапно расплылась в улыбке. — Я рада, что вы ценитель. Некоторым всё равно, они и пакетики «три в одном» кофе называют. А я вот люблю только определённые зёрна. В Саратове есть магазинчик, я всегда там закупаюсь. На маркетплейсах не заказываю, там легко могут подделку подсунуть.

Я не понял и половину из сказанного ею, поэтому просто кивнул.

— Вы же сами из Саратова, насколько я помню? — продолжила Савчук.

— Да, родители там живут, — кивнул я. — А меня к вам распределили после окончания университета.

— Это распределение первый год существует, надеюсь, оно даст свои плоды, — задумчиво проговорила та. — А к родителям часто ездите?

Я понятия не имел, как часто к ним ездил Саня. Судя по всему — очень редко. Ведь даже новый год он предпочёл отмечать в одиночестве.

Сам я собирался добраться до родительского дома, но пока не представилось возможности. Мои первые выходные были расписаны, ещё и усложнились появлением в моей жизни Гриши.

— Реже, чем стоило, — честно ответил я.

— Это надо исправлять, — серьёзно сказала та. — Навещайте их почаще.

Я и сам думал организовать поездку. Кивнул и снова отпил кофе.

— И если вы поедете в Саратов, то можете привезти мне ещё кофе? — хитро прищурилась Савчук.

— Так вот в чём дело, — усмехнулся я. — Если соберусь, то без проблем. Только напишите, что за магазин и какой именно кофе.

Женщина поспешила записать всё это на бумажке и протянула мне. Когда я забирал её, Савчук почему-то очень смутилась и залилась румянцем.

Я спрятал бумажку в карман и допил кофе.

— Могу идти? — поинтересовался я.

— Конечно, — кивнула она. — Буду ждать от вас новых инвалидностей — помнится, их ещё много.

Я вышел из кабинета и закрыл за собой дверь. Необычные посиделки, Юля была права.

Теперь пора было отправляться в стационар. Я сразу пошёл в ординаторскую терапии, рассчитывая там найти Агишеву. Так и оказалось: она сидела за компьютером и что-то печатала.

— Добрый день ещё раз, — поздоровался я. — Пришёл, как и договаривались.

— Здравствуйте, — она оторвалась от монитора. — Вижу. Ну что, пора выписывать вашу Смирнову?

— Я ещё её не осмотрел и не видел контрольные анализы, — возразил я. — Так что пока не могу сказать.

— Верно, — Агишева прищурилась. — Растёте на глазах. Тогда вот история болезни — и вперёд.