Книга Бывает и хуже? Том 1, страница 21 – Виктор Молотов, Игорь Алмазов

— Вот, — подвинула она мне.

«Эналаприл, десять миллиграмм» было написано на коробке.

— Это всё? — уточнил я.

— Всё, — кивнула она. — Больше мне ничего не назначали.

— А давление каждый день мерите? — спросил я.

— Каждый, — легко кивнула та. — У меня тонометр дома. Сто шестьдесят на девяносто почти постоянно показывает.

Я кивнул и записал себе на отдельный лист бумаги. Карточку Васильевой найти не удалось, а записи где-то делать было надо.

— Так, давайте измерим давление, — заявил я, открывая второй ящик стола. Видел, что Саня хранил там своё медицинское оборудование. Тонометр, фонендоскоп.

Похожее оборудование было и в моём мире, только работало в основном на пране. Но я уже успел разобраться, как пользоваться этими приборами, пока лежал в больнице.

Антонина Петровна нахмурилась.

— Это ещё зачем? — спросила она. — Просто дайте мне направление к кардиологу. Вы всё равно ничего не сделаете.

— С чего вдруг такие выводы? — удивился я.

— Доктор, не притворяйтесь, — вздохнула та. — Вы Валькину внучку чуть не убили. Девке замуж ещё выходить, а она кровью харкала лежала.

Ну конечно. Маленький город, и сплетни разносятся быстро. Особенно такие негативные.

— Во-первых, ситуации с другими пациентами вас не касаются, — строго сказал я. — Во-вторых, в подобных ситуациях глупо винить одного врача. Играет роль целый ряд факторов.

Конкретно в той ситуации фактор был один — безалаберность Сани. Но сказать так — окончательно похоронить врачебный авторитет. Моей же задачей было его восстановить.

— Мне неважно, доктор, — стояла на своём Антонина Петровна. — Мне от вас нужно только направление получить. Так что выдайте мне его, и я пойду.

Переубеждать пожилых людей бывает очень непросто. Но у меня выбора нет, надо попробовать.

— Антонина Петровна, талон к кардиологу может быть через две недели, — заявил я. — Смысл вам мучиться, если я могу и сам разобраться в вашей проблеме. Подкорректирую вам препараты, добавлю новые. Если мои дозировки не станут вам помогать — тогда уже поговорим о кардиологе.

— Ладно, — хмуро кивнула она. — Давайте попробуем, чтобы правда времени зря не терять.

Она всё-таки позволила себя осмотреть. Давление оказалось сто семьдесят на девяносто пять. Воспользовался искрой праны, чтобы понизить его. Понизил на пять единиц, больше не смог. И наверняка это самое большее, что я смогу сделать за этот день, пока искра не восстановится.

После осмотра я принялся за расписывание лечения. Повысил дозировку Эналаприла до двадцати миллиграмм, добавил вечером Амлодипин пять миллиграмм. Расписал подробно схему приёма.

По-хорошему ей бы ещё анализы сдать. Посмотреть кровь, электрокардиограмму. Всё то, что в моём мире можно было сделать, просто взглянув на пациента.

Но пока что я не разобрался, как это делается. Поэтому начнём с изменения дозировок. Я выписывал всё, как по учебнику, поэтому в правильности не сомневался. Да и диагноз старушки был очевиден.

— Думаете, это поможет? — недоверчиво уточнила женщина, когда я закончил с назначениями.

— Определённо, — кивнул я. — Приходите ко мне через неделю. Сами увидите результат. Если не поможет — запишу вас к кардиологу.

— Ладно, — прищурившись, кивнула она.

Гордо подняв голову, покинула кабинет. А у меня зазвонил мобильный телефон.