Книга Доктора Звягина вызывали? Том 1, страница 37 – Алексей Аржанов, Игорь Алмазов

— Михаил, здравствуй, – тоже узнав меня, простонал тот, – хорошо, что ты дежуришь. А то боль такая сильная, я подумал уж всё…

— Что случилось па… Павел Алексеевич? – забеспокоился я, от волнения чуть не назвав его папой. Вовремя остановился, он же продолжает считать меня другом своего сына.

— Да вот живот прихватило, сил никаких нет, одни эмоции, – ответил мужчина, снова морщась от боли.

— Где именно болит? Как долго? – принялся за сбор анамнеза я.

— Да вот справа под ребрами. Часа два уже, сначала думал пройдёт, а она только усиливается.

— Другие симптомы есть? – уточнил я.

— Тошнит ещё… Вырвало один раз чем-то желтым. Не ел ничего с утра, вот и нечем рвать было. И слабость сильная ещё, – простонал мужчина.

Так, всё понятно. Я задал ещё несколько вопросов и принялся за организацию помощи.

— Надо сделать ультразвуковое исследование брюшной полости, – проговорил я дежурной медсестре приёмного отделения.

— Хорошо, – она замялась, а потом спросила, – а можно вы ему позвоните?

— А в чем дело? – удивился я.

— Ну, Александр Александрович у нас очень не любит, когда его будят среди ночи. Не хочу лишний раз грубости выслушивать, – призналась медсестра.

Замучил уже, честно говоря, всех этот Сан Саныч со своими капризами. Никого из дома на работу не вытянешь!

— Хорошо, давайте, – кивнул я и взял протянутую трубку, – Александр Александрович, это Михаил Алексеевич, дежурный терапевт. Пациент экстренный поступил с острым животом, нужно срочно УЗИ брюшной полости сделать.

— Завтра приду на работу и сделаю, – огрызнулся специалист УЗИ-диагностики. – Стану я тут среди ночи ради твоей прихоти по городу разъезжать.

— Станете, ведь вы получаете деньги за ночные дежурства, – спокойно ответил я в трубку.

— Слышь, и че дальше? Я твои деньги не считаю, и ты мои не считай! – разозлился Александр Александрович на том конце.

— В течение пятнадцати минут жду вас в приемном отделении для оказания помощи экстренному больному. Не появитесь – ждите докладную на имя главного врача, – я повесил трубку, не желая продолжать этот разговор.

— Хирурга-то позовете? – обратился я к медсестре. Та сидела, буквально вжавшись в стул. Видимо услышала часть нашего разговора с узистом.

— Конечно, – закивала медсестра, набирая номер хирургического отделения.

Артур Михайлович появился спустя несколько минут. К этому времени я убедился, что живот пациента твердый и болезненный в правом подреберье. Артур Михайлович как всегда лениво провел быстрый осмотр, затем ёмко заключил:

— Нужно УЗИ.

— Узист уже едет, будет через пару минут, – ответил я, – подождите здесь тогда, чтобы ещё раз не вызывать вас.

Тот кивнул, с готовностью усаживаясь рядом с медсестрой.

Александр Александрович действительно появился минут через пять. Не поздоровавшись, он сходу направился к аппарату УЗИ и принялся за обследование.

— Острый калькулёзный холецистит, – заключил он, – камней вон полный желчный.

— До утра подождёт? – с надеждой спросил Артур Михайлович.

— Ты что, острое состояние, как бы перитонита не было, – возмутился узист, а затем обратился ко мне, – ты это… Прости, погорячился.

— Проехали, – кивнул я, погруженный в свои размышления.

С Александром Александровичем я эту ситуацию ещё обсужу, но сейчас главное – пациент. Острый холецистит… Надо срочно оперировать. Стандартная операция, лапароскопическое оборудование у нас есть. Почему же у меня такое нехорошее предчувствие?