Книга Заступник. Проклятье Дайкоку, страница 28 – Алексей Аржанов, Александр Вольт

Водитель повернул голову и увидел меня, после чего потянулся через сидение и поднял замок. Я открыл дверь, поставил Кирико на ноги и помог ей залезть внутрь, после чего вскочил на переднее сидение сам и закрыл дверь.

Я тяжело дышал.

— Что, сорвали куш? — поинтересовался водитель.

— Дружище, — сказал я ему, — если не хочешь помереть вместе с нами — гони, как в последний раз в жизни. Деньгами не обижу.

Водитель от моих слов нахмурил брови и напрягся. Я тяжело дышал. Пот катился градом по лицу, груди и телу. Снова. Как несколько дней назад.

Я увидел, что зажегся зеленый свет. Поток машин двинулся. Я выглянул в окно и увидел уже мчащихся по нашим следам людей тоже вниз по склону. Они были вооружены короткоствольными ПП-шками на ремнях через шею. Оглядываясь по сторонам эти охранники-наемники… вернее будет сказать, люди чужого клана якудзы рыскали и пытались понять куда мы делись.

Я слегка сполз по креслу вниз. В зеркале заднего вида я видел что Кирико вообще легла полностью на заднем сидении.

— Если жизнь дорога — гони. Валим отсюда как только можем.

Мы подъехали к перекрестку. На последних мгновениях успели проскочить на зеленый, не нарушая правил, и дальше таксист вжал педаль и стал активно работать коробкой передач.

— Куда едем? — спросил он, часто сглатывая слюну. Явно нервничал, а голос слегка дрожал.

— В Тамацутё, — ответил я ему, слегка откидывая сидение. — Кондиционер работает?

— Д-да… — сказал он так, словно сейчас совершенно не был уверен в своих словах.

— Вруби.

Он повернул рычажок. Салон стал медленно наполняться прохладным воздухом. Я старался успокоить сердцебиение и через несколько минут у меня получилось. Через полчаса езды мы были к обозначенном районе. Я назвал номер дома. Таксист подъехал и запарковался. Кирико рассчиталась с ним с лихвой. И за то, что помог. И за молчание, а оно дорогого стоит.

Мы поднялись по лестнице, после чего я открыл дверь и пропустил Кирико перед собой. Как-то раз она спросила у меня зачем я постоянно пропускаю ее вперед и придерживаю двери.

Чуть позже я узнал, что в японии нет такой тенденции. Мужчины не придерживают двери. Не подают руку, если девушка спускается по лестнице или выходит из машины. Здесь в принципе не принято проявлять вот такие знаки… не то, чтоб внимания противоположному полу. Просто тут не так, как у меня было раньше.

А привычка — страшная сила. И Кирико к ней довольно быстро привыкла.

Я закрыл двери, повернул замок и оставил ключ в замочной скважине, чтобы если вдруг нас найдут, то не смогли так просто взломать замок.

Скинув пиджак, я повесил его на вешалку, после чего задел носком туфли за пятку и освободил стопу одну за другой. Кирико разулась, бросила сумку с деньгами на пол и молча пошла в ванную комнату.

Я же зашел на кухню, открыл холодильник и вытащил банку пива, которую открыл с шипением и жадно присосался, опустошая за один присест. В горле было сухо, как посреди Сахары.

Шумно выдохнув, я сел на кресло, сжал банку и броском отправил в урну, что стояла в углу. Я выглянул в окно. Никого не было. Ни людей, ни машин. На улице снова была поздняя ночь.

Дверь ванной распахнулась. Кирико прошла в свою комнату и прикрыла дверь до щелчка. Обычно она так не делала. Наверное стресс, хочет побыть одна. Я встал и направился в душ.