Книга Друид. Тайные тропы, страница 117 – Виктор Молотов, Алексей Аржанов

— Тугодум слишком много весит и слишком громко хрюкает – для нас он не проблема. Плохого ты себе выбрал союзника. Он даже не старался, чтобы помешать нам, – бросил я Тенелисту.

Тёмный маг рассмеялся. Но в этом смехе я уловил фальшивую ноту. И это… очень важно!

Там, за бахвальством и мощью неизвестной мне магии, промелькнула тень настоящей боли. Физической и духовной.

Я нанёс урон не только духу, но и самому Тенелисту. Он скрывает это, но чувствует сильную боль. А это уже можно считать первой серьёзной победой! Ранее у меня не было возможности хоть что-то противопоставить этому уроду.

— Я слышу, о чём ты думаешь, Дубровский. Не радуйся. Ты не победил. Но, признаю, мне было неприятно, – проскрипел Тенелист.

— Тогда привыкай к боли, – отрезал я. – Ты заигрался на чужой земле. Я знаю, что ты сотворил с другими лесами. Знаю, что сделал с семьёй Ярины. И мы с ней это так не оставим. Мои земли не разделят ту же судьбу.

Я почувствовал, как он пытается надавить, прощупать мои ментальные щиты, найти щель в броне. Но я знал, как ему ответить. В этом мне помогли учебники Валерьяна, которые я закончил изучать совсем недавно.

Я просто представил, как закрываю тяжелую металлическую дверь внутри своего разума. Один щелчок замка – и всё.

— Вон из моей головы! Приёмные часы закончены, – огрызнулся я.

И моя магия тут же вытеснила врага из разума. Теперь я был уверен на все сто процентов – его в моём мозгу нет. И он даже не подслушивает.

Я только сделал ему больно. Ещё раз!

— Ты чего застыл, кузен? – пропищал Пушок. – Лицо такое, будто палёную водку выпил.

Проклятье… Ещё один голос в голове. Только этого мне и не хватало!

— Общался с одним типом из третьего региона, – уклончиво ответил я. – Больше он нам не помешает. По крайней мере, пока что.

— Этот-то? Тенелист? – Пушок фыркнул и поудобнее устроился у меня на плече. – Пафосный индюк! Я его держал под контролем, уж поверь! Три месяца прожил неподалёку от него. Он меня боялся, да!

Да… Гонора у предшественника – пруд пруди.

— Я всё слышу! Слышу твои мысли! И всё о тебе знаю! – заверещал он.

— Да-да, но рассказать об этом никому не можешь, – усмехнулся я. – Смирись. Тебя никто, кроме меня, не слышит.

Мы вышли к поместью, когда солнце уже начало клониться к горизонту. Навстречу нам из конюшни вышел Ярослав. Его змеиные глаза замерли на белке, сидящей у меня на плече.

И смотрел он на Пушка с аппетитом.

— Хозяин, – склонив голову набок, протянул он. – “Это” пахнет, как… еда?

— Сам ты пахнешь как еда, червяк переросший! – топорща хвост, тут же вскрикнул Пушок. – Всеволод, не разрешай ему так на меня смотреть! Умоляю!

— Ярослав, перестань пускать слюни. Это мой новый союзник. Его не трогать! Ясно? – приказал я, а затем крикнул своему слуге, который как раз в этот момент чистил окна снаружи особняка.– Степан! Принеси орехов и самое маленькое блюдце в мой кабинет.

Может, мой предшественник и бесполезен, но я всё же хочу проследить за ним. Всё-таки я теперь занимаю его тело. А орехи и кров – это маленькая плата за то, что он дал мне возможность прожить вторую жизнь. Хоть и сам того не хотел.

Вечер в особняке выдался суматошным. Мы с Яриной и отцом Лизы заперлись в лаборатории. Настал час закончить приготовление зелья.

В центре стола в медном котелке булькало варево. Цвет у него был подозрительный – нечто среднее между болотной тиной и ржавчиной.