Книга Друид. Исток Жизни, страница 107 – Виктор Молотов, Алексей Аржанов

Я посмотрел на существо, потом на Ярослава и увидел то, что подтвердило его слова. Те же зрачки, та же форма головы, та же гибкость шеи. Уменьшенная копия того, кем Ярослав был до перерождения. Отличия тоже были, в виде лап и гребня, которых у Полоза не было, но родство читалось безошибочно.

— Это что, ящерица?! – взвизгнул Пушок у меня в голове. – Мы столько времени высиживали ящерицу?! Я неделю в подвале просидел ради ящерицы?!

— Это не ящерица, – мысленно ответил я, и Пушок осёкся. Помнил ещё наш прошлый разговор.

— Ишь ты, посмотри-ка... Прадед, старый хитрец. Знал, что прятал, – Валерьян с улыбкой смотрел на новорождённое существо.

— Кто это, дед? – спросил я, не отрывая взгляда от существа.

— Василиск. Я видел изображения в книгах прадеда, но никогда не думал, что увижу живого. Их считали вымершими ещё до основания Империи.

Я тоже читал о них в четвёртом томе библиотеки Валерьяна, в разделе о древних магических существах. Описание было коротким: “Василиск – рептилия высшего магического порядка. Обладает способностью к парализующему взгляду, иммунитетом к большинству ядов и магических воздействий и врождённой связью с землёй, на которой родился. При должном воспитании становится стражем территории, равным по силе нескольким духам-хранителям”.

Это самое существо сделало первый шаг. Неуверенное, на подгибающихся лапках, с мокрым хвостом, который волочился и оставлял на камне блестящий след. Голова всё ещё была повёрнута к Ярославу, и маленький василиск полз в его сторону, ведомый древним инстинктом, который узнавал в бывшем Полозе родственную кровь.

Ярослав опустился на одно колено и протянул руку. Василиск ткнулся мордочкой в его ладонь, пискнул и замер, греясь в тепле чужих пальцев.

— Он меня узнаёт, – прошептал Ярослав, и его лицо стало мягче. – Или не меня. А того, кем я когда-то был.

— Трогательно, – фыркнул Пушок у меня в голове. – Семейное воссоединение! Рептилия нашла рептилию! Может, ещё обнимутся?

— Пушок, – мысленно предупредил я.

— Молчу, молчу! Я столько ждал, и вот…

Но василиск провёл у ладони Ярослава всего несколько секунд. Потом поднял голову, повёл ноздрями и медленно обернулся в мою сторону. Янтарные глаза с вертикальными зрачками смотрели на меня, и я почувствовал, как между нами натянулась тонкая нить, похожая на ту, которой я привязывал сознания людей к Кругу Тишины, только теплее, и шла она не от моего источника, а от самого существа.

Василиск пополз ко мне. Те же неуверенные шажки на мокрых лапках, тот же волочащийся хвост. Добрался до моих ног, задрал голову и требовательно пискнул.

Я наклонился, взял со стола Лизы чистое полотенце, подхватил существо и осторожно завернул в ткань. Василиск был мокрым и невесомым, и он тут же перестал дрожать, как только оказался у меня в руках. Я аккуратно вытер ему мордочку, шею, лапки.

Чешуя под слизью оказалась красивой: тёмно-зелёная с медным отливом, и по бокам тянулись две тонкие золотистые полосы, которые пульсировали в такт его дыханию.

— Вот это да! – выдохнул Валерьян. – Он к тебе привязался. Это на всю жизнь, ты понимаешь? Василиски выбирают хозяина в первые минуты после рождения и потом не меняют его никогда. Ты для него теперь и мать, и отец, и весь мир.

— Какая ответственность, – пробормотал я, глядя на маленькое существо, которое свернулось в полотенце и закрыло глаза. – Мне бы со своими людьми разобраться, а тут ещё и ребёнок магического существа.