Онлайн книга «Чёрное сердце: Ненависти вопреки и Черное сердце: Смерти вопреки»
|
«Еще одна душа!» — приходит догадка из ниоткуда. Белое облако… Никитин постарался?.. Он даже своей смертью приносит пользу. Не успеваю насладиться блаженным счастьем, как в спине расползается жгучая боль. Неудобный зуд в позвонке… Мешает, от адской боли чуть не вою. Стискиваю зубы, порываюсь тряхнуть головой — не получается. Потянуться рукой — не выходит — безвольно висит плетью. Ноги не слушаются… обвисаю обездвиженной марионеткой, не в силах пошевелиться: — Не я слепа — ты слеп, — задыхаюсь от безысходности. — Не я глупа… ты безрассуден. Безумец! Черствый пень… — Заткни дуру! — заглушает мой утихающий голос визг Оксана. — Что несет? Пусть отдаст скрижаль… Устало зажмуриваюсь, в надежде перевести дух. Ничего не соображаю — только ощущаю, как меня укладывают на пол. Открыть глаза не могу — нет сил и так тяжело. Сквозь хруст, пыхтение, смачные удары и последний болезненный женский вскрик, угасающим, хрипящим голосом: «Зе-пар-р-р», — пытаюсь сосредоточиться на главном. Мысли гудят, носятся хаотичным стадом. Как доказать упертому демону, что он всевластен надо мной? Уже предала всех… позволила убить, кого любила… Радует только, что отвечать за содеяно мне, а не ему. Знала, на что иду, сама… Пусть, все горит в Аду! Жажду смерти! Мне не нужна такая жизнь, но если Андрей ее так страждет… О, боже! Знаю!.. Остается только одно. Раз Зепару настолько важно отмщение — получит. Заглажу вину родителей, может, он вернется туда, куда мечтает? Распахиваю глаза, встречаюсь с потемневшим взглядом безбрежно-черных глаз исподлобья. Зепар склоняется, рывком поднимает. Обеспокоенно смотрю на длинный косой порез, от сурового подбородка до нахмуренной брови. Кровоподтек на заострившейся скуле. Разбитом носе — из яростно подрыгивающих ноздрей текут пугающие алые змейки. Рассеченных плотно сжатых губ. — Андрюш… Силюсь утереть его кровь — видеть подобное — сущее наказание, но тела не чувствую. Безвольно вишу на ручищах Зепара. — Хочешь забрать мое сердце? Душу? — едва бормочу. Андрей лишь зло пыхтит, в глазах поблескиваю гневные молнии. Шепчу: — Забирай! Отдаю за долги матери и отца, но по собственной воле, без правил, сроков и ограничений… В свободное владение… бессрочное… — осекаюсь, ка горле точно тиски сжимаются, захожусь кашлем — внутри клокочет, хрипит. Зепар утыкается лбом в мой. Гипнотизирует глаза в глаза, будто старается заворожить бездонностью сумрачного взгляда. На миг погружаюсь во тьму. Болезненно возвращаюсь, но уже ничего не вижу: — Захочешь уничтожить — поглоти, — шумно сглатываю сладость во рту — мешает говорить: булькает, пузыриться, вырывается с новым приступом кашля. — Помучить — истязай. В услугу дьяволу отдать — дерзай. Я в твоих вершительных руках, — бубню в никуда. — Беззащитная, смеренная, готовая на все раба!.. — С онемевших губ хрипом срывается последний выдох. Жар тела угасает, звуки истончаются, воспаряю к безмятежности и легкости. Что ж, так тому и быть… Боли, непонимания, злобы больше нет. Смерти не маячит между нами! Без страха и сомнений докажу: любовь — есть все! Все грани безрассудства! Умру, но достучусь до черного сердца! И если права — мы будем вместе. Suscepit vita consuetude oque communis — ведь так заведено самой жизнью… КОНЕЦ ВТОРОЙ ЧАСТИ |