Онлайн книга «Чёрное сердце: Ненависти вопреки и Черное сердце: Смерти вопреки»
|
Удивительно, с Вадимом всегда было спокойно, мирно, а с Андреем… то жарко, то холодно. To подлетаешь от счастья, то падаешь от горя. To паришь в небесах, то хочется провалиться под землю. Жизнь на грани боли, удовольствия. По лезвию… Существование наперекор, вопреки всем, но зато для себя… — Секс отменяется, — неровно дышу, но голос тверд. — Мне кажется, я вспомнила, где тайник. Тепло и участие стираются с лица Зепара, возвращается привычное ледяное спокойствие: — И?.. — Прокатимся до места, посмотрим, — неопределенно пожимаю плечами. Андрей медленно встает: — Когда и куда? — интересуется сухо. — Умоемся, позавтракаем… — спешно подбираю слова, — недалеко от Гатчины есть лесной домик. Идти придется ногами — только так помню дорогу. — Отлично! Мне нужно сделать пару звонков, — отстраненно кивает Андрей. Несколько секунд пристально смотрит будто сквозь меня. Глаза меняются из мутно- зеленых в блекло-черные и обратно. Зепар резко склоняется — внутренне сжимаюсь от ужаса. Придушит? Начнет трясти?.. Мимолетно целует и озорно подмигивает: — Подъем, нас ждут великие дела! Натягиваю милую улыбку, скрывая нервную дрожь. Быстрый завтрак, непонятные сборы… Почему-то квартира кажется пустой и неродной. Чуждой сердцу. Ловлю себя на том, что хожу бесцельно, точно прощаюсь и не знаю, как об этом сказать. По нескольку раз открываю шкафы, смотрю невидящим взором на вещи. Ужаснувшись собственному отражению — бледная, замученная, исхудавшая, зачем-то надеваю жемчужную подвязку с подарком Зепара. Жемчуг, конечно, не подходит к синим джинсам и голубой футболке, но ощущаю острую необходимость чувствовать на груди частичку Андрея. Именно так позиционирую его презент. Выхожу на балкон, пару минут гляжу на суету города пасмурного утра. В тренировочном зале на секунду замираю — завтра этого здесь не будет!.. Так вот в чем дело? Меня не радует, что вскоре все вернется на круги своя… Андрей или Вадим, кто-то из них все изменит раз и навсегда, вот только я уже не буду прежней. И вообще… буду ли я… * * * В гробовом молчании едем прочь из Питера. Попутная трасса свободна, на встречной полосе небольшие заторы — люди спешат на работу в город. Сижу на переднем сидении рядом с Зепаром. Сердце бьется все чаще, быстрее. Рождаются сомнения. Почему не могу заговорить? Почему бы не решить проблему, задав несколько вопросов? Машина резко сбрасывает скорость, Андрей крутит руль, и джип съезжает на обочину. Мимо пролетают автомобили, мы сидит в полном безмолвии. Секунды тянутся словно часы… — Все началось давно, — Зепар глядит на дорогу, все еще сжимая руль. Тоже смотрю вперед, но толком ничего не вижу. От ужаса сердце не просто колотится — яростно стремится выскочить из груди. Судорожно переплетаю свои пальцы между собой и, затаив дыхание, жду. — To, что сейчас расскажу, прозвучит абсурдом. Но если откинешь предубеждения насчет реальностей и человеческих граней, будет проще. — Монолог пугает до мурашек и жалобного писка — стиснув зубы, — а то так и норовят выдать чечетку, — еле сдерживаюсь, чтобы не распахнуть дверцу авто и не убежать. — Когда Бог сотворил Землю, населил не только живыми существами, но и… иными. Точнее, — ведет головой Андрей, — они сами на нее спускались… поднимались… — добавляет многозначительно. — Кем бы ни были по природе, они, были, прежде всего, детьми Бога… |