Онлайн книга «Чёрное сердце: Ненависти вопреки и Черное сердце: Смерти вопреки»
|
— Ты безумно строптива… — шелестит бархатный голос над ухом. Андрей медленно опускается: — Проблема в том, моя хорошая, что ни одна из твоих постелей не предназначена для сексуальных утех с применением различных аксессуаров… Я бы их назвал добротными… для пожилых пар, без энтузиазма относящихся к интиму. Надеюсь, не твой выбор? — Нет, — отвожу глаза. — Но они удобные… — Для сна, милая, — грубовато-брезгливо отрезает Андрей. — Не более… Постой! — качает головой: — Вадим это купил? А что в этом такого? Я не очень разбираюсь в дизайне, цветовой палитре, брендах и хитах сезонов, а муж обладает отменным вкусом. Киваю с некоторым запозданием. — Поразительно! — словно не верит услышанному Андрей. — Как часто вы занимались сексом? — Это не твоего ума дело, — шиплю возмущенно, но ошейник больно врезается в горло, и я испуганно умолкаю. — Я терпелив, но не безгранично… — хищно ухмыляется Зепар. — Раньше не хотел даже думать о ваших отношениях, но теперь готов послушать… — реплика не сулит ничего хорошего, если буду упорствовать. — Зачем?.. — выдыхаю обреченно. — Я же не лезут в твое прошлое… — Ивакина, — чеканит у губы Зепар, — у кого вожжи, тот и управляет. Как часто муженек тебя трахал? — Не смей… а… — вскрикиваю и морщусь от звучного шлепка по ягодице, причем на этот раз не ладонью, а плеткой с хвостиками. Понятия не имею, как Андрей так ловко умудряется завладеть этой вещицей, но по коже будто крапивой ударяют — жжет, печет, чешется. На смену горячему приходит сладостное тепло, кровь радостно бегает по жилам и тело загорается возбуждением. Дрожу сильнее, почти лихорадит. — Как часто? — настаивает Зепар, потуже ухватив за галстук, в сумрачных глазах пылает нескрываемая злоба. — Редко… — выдавливаю с остатком воздуха и в секунду оказываюсь в объятия Андрея. Некоторое время прихожу в себя, вслушиваюсь в учащенный ритм дыхания Зепара, гулкое, мощное биение черного сердца. Успокаиваюсь, разнеживаюсь, льну сильнее, принимаю трепетные ласки. Андрей рывком отстраняется — затравлено смотрю, чего ожидать в следующую секунду не знаю. В горле застревают горестные всхлипы. Но не брыкаюсь, не возмущаюсь — тону в нефтяной глубине взгляда демона. Его лицо смягчается — мелькает облегчение, и даже легкое удовлетворение. Пальцем обводит мой приоткрытый рот: нежно прикусываю, секунду играю языком и, обхватив губами верхнюю фалангу, чуть посасываю. Зепар обрывает мой рабский жест и трепетно касается щеки… Уже надумываю поругаться, но не успеваю — Андрей который раз доказывает власть надо мной. Впивается и терзает губы — душит жгучими, нетерпеливыми поцелуями, на грани свести с ума. В промежутках шумно глотаю воздух, цепляясь за остатки реальности. Отбиться не пытаюсь… мерзко, отвратительно, противно… Но не ощущаю ненависти, ведь, несмотря на то, что творит, меня переполняет восторг и экстаз, как только грубость демона сменяется на нежность. На ум приходит лишь поговорка: кого кнутом, кого пряником. И смех, и грех… Я — мазохистка, а сейчас едва не кончаю от наслаждения. Зепар едва заметным движением дотягивается до маски и невозмутимо надевает на меня. Опускает до лба… — Андрюш, — едва не реву от ужаса, — я не хочу… боюсь… — Ч-ш-ш, — ласково убаюкивает Андрей. — Ты мне доверяешь? — Глядит в упор, в глазах ни тени на шутку. Затаиваюсь, язык точно прирастает к небу. О! Вопрос на миллион… точнее, на нечто более ценное — на жизнь! Ответить или возмутиться не успеваю — Зепар непринужденно опускает маску, требовательным поцелуем побуждает заткнуться. Влажные губы скользят по коже, переключаются на ухо. Андрей чуть прикусывает мочку: — Что ж… обидно, но придется… |