Книга Одна из них, страница 49 – Катерина Ромм

— И не догадываешься даже?

Вопрос остался без ответа, слышно было только сбивчивое дыхание Вероники. Мари молчала. Что могла написать бывшая королева? Почему Роттер явился к ним домой? Одно должно вытекать из другого, не может же это быть случайным совпадением! Но… дочь Розы Клингер – принцесса Флориендейла? Мари бы рассмеялась, если бы ей не было так больно. Дочь Розы Клингер – обе дочери – родились в другом мире, они с детства неразлучны, они двойняшки!

Через несколько минут автозак остановился. Охранники распахнули двери фургона, и апельсиновые лучи закатного солнца на мгновение ослепили обеих девушек.

— Ты, которая в рубахе, выметайся! – приказал один из мужчин. – Руки подними, чтобы я видел.

Вероника завозилась за спиной Мари, вставая с колен. Девочке пришлось протискиваться между носилками и стеной, и она двигалась медленно, ссутулив плечи, опустив глаза, худая и с пунцовыми от слёз щеками… Тогда Мари наконец увидела свою собеседницу при свете дня – и разглядела её лицо.

У неё перехватило дыхание. Мари бессильно откинула голову и застонала от отчаянья. Этого не могло, просто не могло быть!

ζ

В голове звенело, пронзительно и протяжно. А ещё было мокро… Кассандра осознала, что инстинктивно отплёвывается от воды, льющейся в нос и рот, но мышцы лица были как чужие.

Поток воды прекратился, и Кассандра глубоко задышала, продолжая лежать без движения. Запястья сдавливали верёвки, а на ногах кто-то сидел – кто-то довольно лёгкий. Кассандра вспомнила про мальчишек, с которыми она разговаривала перед нападением, и, ожидая увидеть одного из них, приоткрыла глаза.

В самом деле, тот, что в очках, был тут, но он нависал над ней с угрюмым выражением лица, а не держал за ноги. Очки съехали на кончик носа, а лоб сморщился, как будто он напряжённо о чём-то думал.

— Она вряд ли одна из этих… – неуверенно сказал второй мальчик откуда-то слева.

— Молчи, – шикнул очкарик. – Она очнулась.

— Что здесь происходит? – Кассандра постаралась задать этот вопрос с максимальным достоинством, какое только возможно, когда ты лежишь на грязном полу, связанная двумя малолетками.

Мальчишка в очках открыл рот, но тут кто-то третий, удерживавший ноги Кассандры, поднялся и произнёс:

— Позволь мне, Томь.

Железные нотки в этом голосе не понравились Кассандре. Она вдруг сразу почувствовала сквозняк, гуляющий по полу и боль в стянутых запястьях.

Очкарик Томь отодвинулся, и его место заняла высокая девушка лет двадцати. Если бы не причёска и серебристый кулон на груди, её тоже можно было бы принять за мальчишку. Незнакомка смотрела на Кассандру, приподняв прямые тёмные брови; глаза были светло-серые, строгие и холодные, словно две ледышки, а губы сжаты в ниточку. Несколько секунд она пристально разглядывала каждый сантиметр лица Кассандры и вдруг рассмеялась.

— И чего вы так переполошились? Она совершенно безобидна и бесполезна.

— Что за хамство! – возмутилась Кассандра. – Ты ничего обо мне не знаешь!

— Я знаю, – ответила девушка, не переставая улыбаться, – что ты здесь в первый раз, поскольку понятия не имеешь о Призраке. Заявляешься без спросу в чужой дом и пугаешь детей. Потрудись запомнить.

— Э-э… что? Что запомнить?

— О Ангел! – девушка закатила глаза, нагнулась ближе и зловеще прошептала: – Призрак – это я!