Книга Одна из них, страница 23 – Катерина Ромм

— Это тайна, Ника. Я прошу тебя, никому не говори! – сказала Эстель.

— Даже Уильяму?..

— Он ничего не знает.

Вероника молчала, растерянно стоя посреди комнаты и не понимая, что делать дальше. Она не так представляла себе прощание с матерью.

— Кому это письмо? – повторила вопрос Вероника.

— Я не могу тебе сказать, это опасно. – Эстель вернулась к дочери и порывисто обняла её.

— Ты уверена, что это действительно необходимо, в таком случае? – осторожно спросила Вероника.

— Да. У меня болит сердце. Все эти годы мы сидели взаперти, и я думала, что смирилась, но… если я буду знать, что у меня была возможность, а я ею не воспользовалась, это меня уничтожит…

Поглаживая Веронику по голове одной рукой, другой Эстель быстро вытащила из кармана склеенные листки бумаги и сунула их под кофту Вероники.

— Вдруг они следят за нами, – прошептала она.

Тревога матери передалась Веронике, и девочке стало казаться, что сейчас вой дёт господин Холланд, или охрана, или сам Роттер – и уличит их в нарушении дисциплины. Но никто не вошёл. Мама отстранилась, и Вероника поправила постоянно спадавшую с плеча сумку, которую Уильям подарил ей по случаю отъезда. Прежде она никогда не нуждалась в сумке, и это тоже было непривычно и волнительно.

Эстель расцеловала её в обе щеки и улыбнулась, смахивая слёзы.

— Всё будет хорошо, Ника. Я рада за тебя.

* * *

— Смирно!

Охрана застыла по команде Холланда: полдюжины широкоплечих мужчин в полной экипировке. Роттер не смог сдержать улыбки. Сам он приехал в Алилут с одним-единственным телохранителем – девчонка едва ли представляла для него большую опасность. Но охраной на месте занимался Уильям, и он, как всегда, буква в букву соблюдал протокол.

— Вольно.

— Как ты их выдрессировал, Уильям, – протянул Роттер. – Чудесно, чудесно. Новая форма отлично смотрится.

Он подошёл к одному из охранников и пощупал синий жилет.

— И ткань такая качественная. Местное производство?

— Так точно, командир.

— Очень достойно, да…

— Прикажете привести девочку? – спросил Холланд.

Роттер скривился.

— Ну что ты сразу о деле. А побеседовать? Какая шикарная погода у вас тут на юге! Ты заработался, Уильям. Или, может… – Роттер ухмыльнулся, – тебе просто не терпится остаться наедине с невестой?

Сморщенное лицо Холланда дрогнуло, но он не ответил на шутку. Возможно, его остановила мысль о любимой Эстель, отдающей своего ребёнка на заклание и даже не подозревающей об этом. Интересно, что он ей наплёл?

— Хорошо, пускай выходит.

Роттер нечасто навещал Алилут. Атмосфера города его раздражала, да и путь был неблизкий. Он давно уже собирался как следует взяться за этот округ и навести порядок, но, как это бывает, то одно, то другое – руки не доходили. Веронику он не видел уже несколько лет, пять или шесть, он точно не помнил. С тех пор девочка заметно повзрослела, но красотки из неё не вышло. Жидкие белобрысые волосы, неопределённого цвета глаза, вечно страдальческое выражение лица – в ней не было ничего особенного, никакой изюминки. Если бы не её проклятая кровь…

— Вероника, дорогая, – произнёс он, протягивая к ней руки в красных перчатках, – как жизнь молодая?

«Он совсем не изменился, – подумала Вероника, осторожно спускаясь по крутым ступеням к подъездной дорожке. – И какое ему дело до моей жизни?»