Книга Приплывший дом, страница 90 – Снежана Каримова

— Эти три башни вместе похожи на мост! – сказала Майя.

— На Калинов мост из былин, – неожиданно добавила Олеся.

— Точно! – обрадовалась Майя. – Калинов мост! На одной стороне добро, на другой – зло!

Лис засмеялся.

— Представляю, как работники в этих башнях переговариваются по рациям: «Эй! Переходи на сторону зла, у нас печеньки!»

Майя тоже захохотала, а Олеся задумчиво произнесла:

— Калинов мост, возведенный на костях. Ведь строили плотину заключенные, гибло их много. Говорят, что трупы замуровывали тут же, в конструкцию…

Майя перестала смеяться. Дара удивленно посмотрела на Олесю – откуда та все знает?

Ольховая Шишка спешно добавила:

— В одной статье прочитала. У меня же прабабушка увлекалась Мологой, и я заодно.

Дара вдруг осознала, что, кажется, нашла для себя идеального собеседника. Вот с кем можно обсуждать затонувший город!

— Лес, ну ты чего? – Лис обернулся и укоризненно посмотрел на подружку. – Какие трупы в конструкции?! Это же будущие пустоты и угроза обрушения, неужели бы такое допустили на стройке века? До сих пор же стоит. На костях, думаю, не устояло бы.

— Но заключенных тут погибло много, это факт, – отозвалась великая тетя, сбавляя скорость. – Война же началась, как раз во время строительства. Нормы выработки увеличили, труд тяжелый, а кормили плохо. Так что можно сказать, что и «на костях».

— Калинов мост через реку Смородину, – подытожила Майя, вспомнив страшилку, которую Лис рассказал ей в день приезда. Он тогда как раз назвал Мологу Ягодной рекой и рекой Смородиной.

Дара обернулась, чтобы еще раз глянуть на Калинов мост. А где-то там, дальше, текла река Молога, ставшая частью водохранилища.

Река Смородина, Калинов мост – место из темных сказок.

* * *

Вчера тут же, недалеко от здания ГЭС, Дара смотрела на искрящиеся просторы водохранилища, жевала бутерброд, а Молога была лишь интересной историей великой тети, приправленной страшилкой Лиса. Тогда Дара только-только поставила графин на крыльцо и еще не подозревала, что из этого выйдет.

— Смотришь на воду, а там на дне – дома, мостовые, храмы, – задумчиво проговорила Майя.

— Точнее, камни да щепки, – поправила сестру Дара, взглянув на свои грязные парусиновые тапочки.

— А ведь если это море зависит от человека, значит, воду можно спустить? – вдруг озарило Майю. – Возродить Мологу?

— Не лучшая идея, – отозвался Лис. – Прошлое не вернуть, а современные города уже обустроились на берегу моря. Что там будет вместо водохранилища?

— Болото? – предположила Дара. – А потом что?

— Не знаю, – пожал плечами Елисей. – Травой какой-нибудь да ивами зарастет. Но захочет ли кто-нибудь вернуться в Мологу?

— То море, то болото, то сорный пустырь, а должны быть леса, – вздохнула великая тетя, – деревни, луга, поля.

— Зато есть это! – Лис махнул в сторону гидроэлектростанции. – А вы всё о трагедии и о трагедии! Но строили же эту махину не просто так! Не чтобы навредить людям, а наоборот, чтобы улучшить жизнь! Посмотрите на любой город. Хоть Рыбинск, хоть Ярославль. Ведь это все тоже рукотворное, не природное. Асфальт, дома, заводы. Просто так получилось, что пришлось выбирать – или город, или электричество с судоходством.

Лис замолчал и с вызовом поглядел на остальных, видимо, ожидая возражений. Но никто не ответил. Тогда он вспылил еще больше: