Книга По ту сторону бездны, страница 155 – Татьяна Лакизюк

Вихрь стал слабеть.

Каэлий, воспользовавшись этим, открыл громадный рот и в мгновение ока проглотил его.

Луна подняла книгу. Та протестующе заверещала, но Лунфич уже подхватил их и подлетел к Каэлию. Тот внимательно посмотрел на Луну и вновь открыл рот, умудрившись при этом подмигнуть девушке. Луна размахнулась и бросила книгу. Каэлий проглотил ее, и в ту же секунду все исчезло. Тишина камнем обрушилась на Луну, и она ошеломленно выпрямилась, не веря своим глазам.

Ничего не напоминало о случившемся. Совсем ничего. Ни черного вихря, ни ядовитой пены, ни всполохов, ни книги. Стратосфера предстала перед ней во всей красе.

Луна стояла ни жива ни мертва. Ей показалось, что она попала в центр северного сияния. Вокруг все переливалось насыщенными цветами – от темно-синего до сиреневого.

И только Лунфич, упавший рядом, вывел ее из оцепенения. Слабо шевельнув крыльями, он превратился в Фиччика… Фиччика, у которого уже осунулась мордочка, а в глазах застыла боль. Девушка подхватила его на руки и быстрым движением стянула с себя шарф и сняла маску, нацепив ее на мордочку хранителя. Тот сделал судорожный вдох.

Холод был такой, что облачко пара, вырвавшееся изо рта Луны, тут же замерзло и превратилось в искрящийся ледяной шар, который завис перед ее глазами. Она осторожно тронула его рукой, спрятанной в толстую перчатку. От прикосновения шар лопнул, обдав ее сверкающей ледяной пылью.

Фиччик мотнул головой и замычал, приходя в себя. Глаза посветлели, в них появились искорки жизни. Отняв маску от его мордочки на несколько секунд, Луна сделала судорожный вдох и вновь вернула ее Фиччику. Она озиралась в поисках обратного пути, но не понимала, куда идти. В отчаянии Луна повернулась к Каэлию. Кислорода оставалось все меньше. К тому же приходилось делиться с Фиччиком. Еще немного, и они оба задохнутся и погибнут.

Каэлий слабо застонал. Горестно воскликнув, Луна бросилась к нему и почувствовала, как ее руки начали требовательно гореть. Невзирая на протесты Фиччика, Луна скинула перчатку. Ладонь полыхала серебристым светом. Такого сияния девушка не видела никогда. Искрящуюся вспышку увидели даже драгомирцы, ждавшие у подножия горы. Сняв вторую перчатку, Луна протянула руки к Каэлию, который был покрыт ужасными рваными ранами, оставленными в его прозрачном теле ядовитой пеной.

Это выглядело странно. Со стороны казалось, будто девушка гладит воздух, в котором плавают бездонные черные пятна. Под ее руками пятна становились меньше, пока не исчезали совсем. Луна сосредоточенно лечила Каэлия, даже не замечая, что не чувствует холода. Но как только свет на ладонях иссяк, мороз тут же впился в нежную кожу. Девушка дернулась и поспешно натянула перчатки, судорожно сгибая и разгибая пальцы, чтобы отогреть их.

Каэлий, мотая огромной головой, с удивлением оглядывал себя. Увидев, что от страшных ран не осталось ни следа, он торжествующе завопил, оглушив людей по всему Драгомиру.

Затем Каэлий зачерпнул немного ветра вместе со всполохами и искрами, пронзавшими его, и закутал Луну в соткавшийся буквально из воздуха небесный плащ, который тут же согрел ее. Убедившись, что ее щеки начали розоветь, Каэлий подхватил девушку и ринулся вниз.

— Погоди! – прокричала она, приподняв маску. – Чуть ниже, у выступа, мои друзья.