Книга По ту сторону бездны, страница 116 – Татьяна Лакизюк

Темные мысли зашипели еще злобнее, но нахлынувшее счастье разбило их в один миг. Все израненные, истерзанные, подвывая разными голосами, они поползли прочь, подальше от этой пары и от их искренней любви.

И тут поблизости кто-то завозился в кустах и на дорогу вывалились Пиритти с Пироппо, которые были больше не в силах таиться в засаде.

— Ур-р-ра! – запрыгали они вокруг парочки. – Поздравляем с первым поцелуем!

— А ну-ка брысь! – рявкнул Аметрин.

— Ага, щаз, – нахально ухмыльнулись мальчишки.

— Прости меня! Я не знаю, что с ними делать! – Аметрин развел руками, одновременно пытаясь поймать братьев.

— А ничего не надо делать!

Сентария потрепала по макушке сначала одного, потом другого, хотела сделать это и с третьим, но, поняв, что не достанет даже на цыпочках, просто взяла его за руку, и они вместе двинулись к Манибиону.

Ее сердце было спокойно, а в душе все танцевало от счастья. Больше никто не преследовал ее. Темных мыслей простыл и след.

Луна не смогла усидеть в празднично убранной беседке с накрытым столом, она вышла из сада и торопливо шагала навстречу Сентарии с Аметрином. Следом торопился Эгирин, не пожелавший оставлять ее одну, ну и, конечно, Стефан, который боялся пропустить что-нибудь интересное. Остальные друзья сидели в беседке, ожидая, когда уже все соберутся, чтобы начать отмечать.

Луна схватила Сентарию за руки:

— Наконец-то! Я боялась, что ты вообще не придешь! Времени уже сколько! Обед позади, а договаривались на утро!

— Почему это я должна не прийти?

— Ну… – Луна замялась. – Надеюсь, ты не надумала себе ничего после вчерашнего?

Она слово в слово повторила фразу Аметрина. Даже лицо у нее было такое же. Немного смущенное, покрасневшее от неловкости, но в то же время открытое и честное.

Сентария рассмеялась. Вот она глупая. Нет никого лучше и преданнее ее друзей.

— Заладили! – легко воскликнула она. – Кажется, вы надумали себе всякой ерунды даже больше, чем я!

— Я очень рада! – с облегчением выдохнула Луна.

— А они целовались, – не к месту доложил Пироппо, дожидавшийся паузы в разговоре.

— Да ты что?! – еле сдерживаясь, чтобы не расхохотаться, подняла брови Луна.

— Ага! Такие прям, ой-ой-ой. Меня чуть не стошнило! Два раза!

— Да чего бы ты понимал… стошнило его… Это >к поцелуи, дурья башка. Все в их возрасте целуются, – важно заявил Пиритти.

— Да иди ты! – засопел Пироппо. – Это же противно и слюняво. Фу… Бр-р!.. Никогда не буду целоваться!

— Фу ты ну ты! Какие мы нежные! Будешь! Куда денешься!

— Нет, не буду!

— Нет, будешь!

— Да хватит уже! – не выдержал Аметрин. – Мало вас ругали с утра за ваше дежурство!

— А что за дежурство? – вклинилась Луна, пытаясь остановить перепалку, которая грозила стать бесконечной.

Она потянула друзей за собой, и они, продолжая разговаривать, медленно пошли в сад.

— Да учудили они на посту у Валоремии, – объяснил Аметрин. – Одному мерещилась тень, другому, который вообще-то должен бы сидеть дома, тоже… В итоге вместо настоящего дежурства на боевом посту они всю ночь провели в караульном домике. Фантазия у кого-то слишком богатая.

— Неправда! – в один голос завопили братья.

— Я честно видел тень, черную, мерзкую. От нее несло жутью и злом. И она, между прочим, унеслась в Смарагдиус, – затараторил Пироппо. – Я бы на твоем месте задумался, ведь там живет твоя ненаглядная.