Книга Аквамарин их глаз, страница 38 – Денис Лукьянов

— Что-что? — сказано это было с нотками легкого помешательства — до Альтерего даже не дошло, что произошло.

Грецион словно заразился от Хуана нервозом, пока вернувшиеся в мир шептали, и с уст их слетали слова, режущие горло богам. Но натренированный мозг профессора подсказал одну очень важную мысль — богов стало меньше, а значит, они стали сильнее. И на них этот яд может не подействовать — так, покашляют, и все, ничего более.

Его догадка подтвердилась, когда атланты престали шептать. Тот, что стоял рядом, в смятении посмотрел на профессора, сверкнув аквамариновым взглядом.

— Что вы сделали?

— В сущности — ничего, — пожал Грецион плечами, подходя ближе. — Просто мы тоже убили богов, в некотором плане. Много раз. А из них слепили себе новых, намного сильнее. Так что, время мантр кончилось, фенита ля комедия. Уж простите.

Атлант расправил плечи и посмотрел прямиком в глаза Психовского — два аквамариновых взгляда встретились.

Профессор еще как следует вмазал прекрасному юноше.

Как раз в это время вновь засветился мерцающий в небе обелиск, а потом… раскололся на кусочки, очень быстро обратившиеся в ничто.

* * *

Глаза цвета небесно-голубого камня потухли.

Атлант распался, сломался, растворяясь в окружающем пространстве, как кубик льда на сковороде — в комнату словно порывом ветра вернулось тепло, а холодок ускользнул бог весть куда.

Тогда-то Карла Рудольфовна и спрыгнула с подоконника.

Она, какхозяйка со стажем, изучила то место, где недавно стоял юноша, на предмет праха или любых других остатков. Убедившись, что убирать ничего не придется, госпожа Шпицц сладко выдохнула и полезла в ящик, закопошившись. Теперь уже как медиум со стажем она достала белые мелки и на всякий случай начертила на полу несколько непонятных знаков, один из которых различить можно было. Среди оккультных символов красовался и знак атлантов — ох уже это ведьмовская ирония.

Карла Рудольфовна уселась за стол, пожалела, что клиент не успел заплатить, взяла свой телефон, тут же набрав номер и сразу поставив разговор на громкую связь.

* * *

Альтерего более-менее начал приходить в себя, постепенно поднимаясь с земли — делал он это поуровнево, сперва просто убрал руки с головы, потом поднял голову, дальше встал на колени и только после этого принялся вставать на шатающиеся, как столбы в болоте, ноги.

Из шорт посыпались использованные лотерейные билетики всех цветов и форм. Легкий ветерок, уже не веющий жутким потусторонним холодом, уносил их прочь словно бурей из конфети, заряженной неудачей.

Когда Хуан наконец-то распрямился, правда, все еще не нащупав центр тяжести, Грцион взмахнул руками.

— Все, — сказал профессор, подходя ближе. — Можете успокаиваться. Спектакль окончен.

Альтерего полез поправить солнцезащитные очки, но что-то в его голое щелкнуло — испанец активно затрогал лицо руками, будто замешивая тесто.

— Зеркало, — выплеснул он фразу на Психовского. — У вас есть зеркало?!

— Поберегите нервы, — протянул Грецион, доставая смартфон и включая фронтальную камеру. Профессор даже не успел отдать телефон испанцу — рука того отпружинила и схватила смартфон так, будто это было противоядие от чумы.

Трясущимися пальцами Хуан снял очочки и посмотрел на лицо — глаза отдавали привычным оттенком.