Книга Тени Казани, страница 150 – Юлия Шляпникова

— У нас с самого начала не было шансов. Ты только вспомни слова песни, что уж говорить про все остальное…

— Леся поедет с тобой?

— Ты еще сомневаешься? У нее целый клинический случай под рукой всегда будет, как она меня отпустит?

— Она тебя любит.

— Но не так, как ты.

Ада замолчала, не зная, что тут можно еще сказать.

— Но это же нечестно, господи, как это нечестно! — вырвалось у нее, а потом все-таки полились слезы. За каждым всхлипом она не могла сдержать стона, как от самой сильной боли. В груди и правда болело, там, где остались осколки сердца.

Крепко прижав к себе, Дима дал ей выплакать все, что еще осталось. Ада бы очень хотела, чтобы он поцеловал ее, но попросить о таком даже на прощание не сумела.

Стукнули ворота, и послышался голос Леси.

— Пора, — только и сказал Дима и отпустил ее из объятий.

Ада разжала руки и отошла на шаг назад. Она знала, что видит его в последний раз, поэтому пыталась запомнить каждую черту так ярко, как только могла. У нее хотя бы был такой шанс, в отличие от многих других, кто не знал, что прощается навсегда. Вот такой уже родной, взъерошенный, с поблекшей красной прядью в волосах и вечно разбитыми костяшками. Всегда ее и никогда вместе и тем более рядом.

— Все живы? — воскликнула Леся, подбегая к ним.

— И даже целы, — отозвался Дима. — Иди в дом, я тебе все потом расскажу, только провожу Адель.

Леся порывисто обняла ее и, шепнув на ухо: «Спасибо!», унеслась к крыльцу, даже не обратив внимания на еще горящую бочку.

— Я сама дойду, — сказала Ада, ощущая подступающие слезы.

— Возьми. — Сквозь пелену она разглядела цветок и, всхлипнув, сунула его в карман.

В молчании Ада постояла еще минуту, а потом пошла к воротам.

— Адель! — крикнул ей вслед Дима.

Уже у ворот она обернулась.

— Я ни о чем не жалею!

Догорающий огонь освещал его со спины, и Ада попыталась сохранить этот образ на обратной стороне век, чтобы навсегда остался с ней.

— И я, — сказала она и открыла дверь, чтобы в следующую секунду перенестись в свою прихожую и рухнуть прямо на пол.

— Адочка! — заполошно воскликнула мама и кинулась к ней.

Откуда только взялась, как будто под дверью ждала все это время!

— Все в порядке, я просто устала, — почти не соврав, сказала Ада, позволяя усадить себя на банкетку. И правда — столько раз за сегодня пользовалась дверями, что, видимо, силы иссякли. Надо узнать у Юхи, что с этим делать…

Только подумала, а потом очнулась уже на диване в гостиной. Мама и папа с испуганными лицами стояли над ней.

— Надеюсь, вы не вызвали скорую, — с усилием села Ада.

— Я отговорил. Что случилось?

Ада оглядела их и вдруг поняла, что то, чего она так хотела — безраздельного внимания родителей, — наконец получила. Но какой ценой!

— Я все потеряла. Зато теперь никто больше не пострадает, — сказала и сама поняла, как это двояко звучит.

Родители обеспокоенно переглянулись, и мама осторожно спросила:

— Ты кому-то должна денег? Или твой друг?

Ада ухмыльнулась так резко, что даже лицо заболело.

— Уже ничего не должен. Наконец свободен. А я не знаю, что теперь буду делать.

Мама села рядом и аккуратно обняла Аду.

— Адочка, мы все решим. Не переживай, только расскажи нам: что случилось?

Она покачала головой и уткнулась ей в плечо, ощущая терпкий запах духов.