Книга Ниенна. Благословленная Смертью, страница 75 – Наталья Русинова

Штатный королевский некромансер, что докладывал о причинах гибели подозреваемого на спешно собранном совете, вид имел слегка пришибленный и чересчур бледный, даже с учетом профессиональных издержек. Поразило его невероятное открытие: подозреваемый сам вскрыл себе шею кухонным ножом, еще и с большим усердием, а внушил ему эту идею приятный и одурманивающий женский голос.

Напугало же чародея другое — речи неведомой дамы оказались столь убедительны, что почтеннейший лорд Аугустус Игнасиус, некромансер седьмой степени с пятидесятилетним опытом службы при дворе, едва не последовал примеру допрашиваемого мертвеца. Настолько внезапным, сильным и глубоким оказалось воздействие неизвестной дамы, пусть и диктовавшей свою волю другому человеку.

— Получается, мы знать даже не можем, что это за пакость? — переживала декан факультета целителей Левия, не присутствовавшая на совете.

— Получается, так, — развел руками декан Особого факультета Удмертий. — Одно ясно — это не человек. Может, тоже гадина какая-нибудь чешуйчатая. Хоть садись да перебирай весь бестиариум от начала и до конца, ищи разумных рептилий, способных на расстоянии приказать человеку убить себя.

— А с горожанами что будет? — тихонько спросила Ниенна, которой после ее выходки разрешили присутствовать на малом совещании профессорско-руководящего состава, как равной. Опять ведь кучу жизней спасла, не отрываясь от учебы и службы. А вот в ночной патруль ее не пустили. Слишком много сил отняло пущенное на ярмарке заклинание.

— Не переживай, девочка, — тепло посмотрел на нее Удмертий. — Рейван с королевскими боевыми магами сейчас во дворце, заряжает несколько тысяч кристаллов, что позволят людям защититься от взгляда василиска. Окаменеть точно не смогут. Правда, твари эти ядовиты и умеют воплями наводить на простой народ ужас. Ну да ничего, зато сразу все поймут, что происходит, и в какую сторону от поганца нужно драпать. Успели бы вовремя раздать, пока не случилось чего…

Декан шагнул к окну кабинета, где и проходил малый совет. Внизу, во внутреннем дворе было темно и тихо. Лишь снег падал пушистыми хлопьями, украшая высокими рыхлыми шапочками мраморные бутоны лилий на спящем до весны фонтане.

— Празднику все равно быть. Если отменим гуляния — народ нам этого не простит. Ты обезвредила все яйца в лукошке, их там было около пяти десятков, плюс одно — в гнезде. Мы доподлинно не знаем, сколько продал тот жулик, но если ему поверить, то у людей на руках осталась пара штук. Так как двадцать восемь принесли в главную жандармерию в первые же часы, как молва разлетелась по столице.

— Если только петух еще не снесет, — встревожилась Ниенна.

— Не переживай, я избавила его от этой проблемы, — впервые за вечер улыбнулась магистр Левия. — Несчастный пострадал сильно, но сейчас его жизни ничего не угрожает. Мы с мадам Полиной пару часов назад дали ему обезболивающих настоев и провели операцию по возвращению к естественному состоянию, то есть, к петушиному. Вот только напуган он страшно, отказывается не только петь, но и вообще издавать всяческие звуки, а еще плохо ест. Перестает трястись только в присутствии молодого Геллирсона, члена боевой тройки Альбрехта Вельфа.

— Кого? — не поняла Ниенна, а потом ее осенило. — Бродди, что ли? Да, он с петухом возился все время, пока в шатре были. И в Академию притащил, хотя Альбрехт всю дорогу его ругал за это…