Книга Чародей из Серого замка, страница 39 – Наталья Русинова

Но гораздо чаще оставались в комнате, не высовывая носа дальше мраморной ванны и постели. И даже еду из трактира просили оставлять им под дверью.

А еще через неделю Анну срочно вызвали в одну из окрестных деревень, где объявился василиск. И Богумил, которому целители все еще запрещали охотиться, чуть не тронулся умом от беспокойства. Он пытался уснуть, костерил сам себя последними словами, обзывая истеричной глупой девкой, но помогало плохо. До утра колдун глаз так и не сомкнул, бессильно глядел в потолок и – неслыханное дело! – молился. В своем, конечно, репертуаре.

— Ты уж сохрани свою земную доченьку от беды, ведьма, – шептал он в темноте, обливаясь холодным потом. – Иначе на кой черт ты тогда меня спасала.

На рассвете жрица вернулась, грязная, злая и уставшая, и он еще битый час мыл ее в мраморной ванне, ополаскивал черные и гладкие, как шелк, волосы настоями из разноцветных бутылочек, укутывал в горячее полотенце, качал на руках, как маленькую. И выдыхал с облегчением – Анна здесь, рядом, теплая, живая и мягкая. Все в порядке.

А еще через час в окно залетела сова с магическим «разговорным» камнем в лапах. Тот ударился о дубовую столешницу, засиял и раскололся пополам, выпуская из себя туманный образ наставника Радагаста.

— Ты бы хоть срам прикрыл, чай, не на небесах обетованных, – сказал он вместо приветствия.

Анна за спиной Богумила смущенно завозилась, ныряя под одеяло. Бессовестный колдун же просто показал старому наставнику язык, как нашкодивший мальчишка.

— Как был балбесом, так им и остался, – со смешком покачал головой Радагаст, а затем вдруг стал серьезным. – Дело у меня к тебе, государственной важности. Я тебе не говорил, но папаша твой где-то за неделю до твоего отъезда в Чаросвет благополучно преставился.

— Мой папаша преставился от пьянства в канаве у собственного дома еще десять лет назад, – недоуменно вскинул брови Богумил. – Ты что-то путаешь.

— Да выслушаешь ты меня, паршивец, или нет? – рассердился туманный Радагаст. – Папаша твой преставился, а не отчим. Пан Збруев.

— И что, мне обязательно надо всплакнуть по этому поводу? Туда ему и дорога, кобелю старому.

— Плакать не надо. А вот выслушать меня стоит. Ты же в курсе, что аристократы, ежели обладают сильным магическим даром, могут собственную землю не только питать, но и защищать? Не от всех напастей, конечно. Но от лихорадок-лихоманок всяких, от мелких кровососов с кикиморами – вполне. А еще способны утихомирить разбушевавшихся водяниц, болотниц да мавок. Ну так вот, Збруев преставился, а на следующий день и началось…

— Чего началось? – удивился Богумил. – У него три законных наследника, насколько я помню, и еще невесть сколько таких, как я. Они что, справиться с напастью не могут?

— Законных отпрысков приблудные упыри заели в первую же неделю после смерти папаши, – вздохнул Радагаст. – Не было у них дара отца, черт уж знает, почему. А незаконных у него семнадцать, и тут такое дело, мальчик мой… Собирайся, в общем, в дорогу. Нужно срочно замок обживать, да порядок на его землях наводить.

— Чего? – Богумил едва не сверзился с кровати от неожиданности. – Да ты никак спятил, старик?

— Я, может, и спятил, – насмешливо прищурился наставник, – да только король Феофан у нас точно в здравом уме и трезвой памяти. Это его идея ведь была. Он только прознал, что ты на земле чужого пана смог дубы из земли против штригоя поднять, так и распорядился сразу. И грамотку тебе справил, о дворянском происхождении. Просто мы упросили дать тебе время выздороветь.