Книга Лесные ведуньи, страница 23 – Екатерина Шитова

Июлия оттолкнула его, нахмурилась сердито.

— Что же ты, Егор, миловаться пришёл, зная, что я тут одна? – воскликнула она. – Как же тебе не стыдно?

Юноша щёлкнул себя по лбу и стал ходить из угла в угол, шурша сеном.

— Ты прости меня, Июлия, не сдержался, – виновато сказал он, – да только ты сама виновата. В самое сердце ко мне пробралась. Я как узнал, что ты теперь в деревне, совсем рядом, так совсем не сплю с той поры – всё о тебе думаю.

Щёки Июлии раскраснелись от нахлынувших чувств. Она тоже постоянно думала о Егоре. Но прежде всего ей хотелось, чтобы он взял её в жёны. Как-то в детстве, когда Июлия ещё играла с куклами, сделанными из старых тряпок, Захария рассказала ей о том, как люди создают семьи, женятся, рожают детей. Рассказала она и о том, как женихи и невесты ведут себя до свадьбы. Она навсегда запомнила, что «парни шибко любят целоваться до свадьбы, вот только девушек это может довести до позора, а не до замужества».

Июлия хотела, чтобы всё у неё было правильно, как в сказках Захарии: чтобы добрый молодец, полюбив прекрасную девицу, обязательно женился на ней. Вот только кто захочет брать в жёны девушку, у которой мать – пьяница, отец – преступник, а бабушка – злая ведьма, Баба Яга? Июлия хорошенько подумала и решила утаить от юноши свои тёмные тайны. Она была настроена серьёзно и ждала от парня того же самого.

— Я хоть и сиротка, но сомневаться в своей чести никому не позволю! И себя в обиду не дам! – строго сказала Июлия.

— Да я же… Я… Не этого я вовсе хотел! – воскликнул Егор, – увидеть тебя пришёл. Да кровь в голову ударила, не сдержался.

Июлия смотрела на юношу исподлобья, обхватив себя руками.

— Не веришь мне? – глухо спросил он, и в глазах его мелькнула тоска.

— Хочется верить, да страшно мне обжечься… – тихо проговорила Июлия.

Егор подошёл к ней, обнял крепко, прижал к груди. Было в его порыве столько чистоты и искренности, что Июлия в этот раз не оттолкнула его:

— Женой моей будешь? – тихо спросил Егор.

Июлия побледнела от неожиданности. Она мечтала об этом, но не ожидала услышать этот вопрос от Егора так скоро. Темнота скрыла её растерянность. Помедлив, она ответила едва слышно:

— Буду.

— Тогда жди. Родителям своим скажу, а потом сговоримся с тобой о свадьбе, – радостно проговорил Егор.

— А если родители твои запротивятся? Всё-таки безродная я. В лесу выросла, да ещё и пятно родимое на лице. Ты его не замечаешь, а здесь, на дворе, от меня до сих пор шарахаются как от прокажённой, – прошептала Июлия, чувствуя, как глаза щиплет от подступающих слёз.

— Ни о ком не думай, даже о родителях моих, – уверенно ответил юноша, – люблю я тебя, Июлия. Как увидел тогда в первый раз в лесу, так и полюбил – крепко и на всю жизнь. Поэтому, как я сказал, так и будет.

Он разжал объятия и тёмной тенью скользнул к двери.

— Жди. Приду за тобой через пару дней, край – неделя.

Июлия кивнула и, услыхав, что дверь за Егором закрылась, вздохнула и широко улыбнулась. На лице её было столько счастья, что, казалось, оно засветилось от этого в темноте. А внутри, в девичьей душе, счастья было ещё больше. Оно распирало Июлию, заставляло сердце замирать от восторга.

В тот вечер девушка легла спать спокойная и умиротворённая, как никогда. Июлия верила, что совсем скоро колючее сено под её телом сменит мягкая супружеская постель.