Книга Черная рябь, страница 31 – Екатерина Шитова

— Настасья, давай его убьём… – прошептала Матрёна, – Помнишь, мы с тобой хотели?

Она села на кровати и посмотрела на Настасью дикими глазами.

— Вот как задумывали раньше, так и сделаем. А? Чего молчишь? Разве не хочешь ты покарать его за всё? Неужто передумала?

Настасья затряслась от страха, обхватила себя руками и проговорила в ответ:

— Я с тобой заодно, Матрёна. Как ты, так и я.

Чёрные глаза Матрёны светились в темноте, они с Настасьей взялись за руки и до самого утра шептались, о чём и подумать бывает страшно – об убийстве живого человека.

* * *

Спустя неделю Настасья забежала в коровник к Матрёне бледная, как мел.

— Сегодня! – запыхавшись выпалила она.

— Что сегодня? – удивлённо спросила девушка, оторвавшись от коровьего вымени и подняв голову.

— Сегодня Кощей ко мне придёт. Так и сказал! Анна Петровна на базар ушла, и я одна в кухне стряпала. Он ко мне сзади, как кот, подкрался и давай юбки задирать! Насилу отбилась от окаянного! Сказалась, что ночью у себя его ждать буду.

Матрёна встала и изо всех сил пнула ногой по пустому ведру. Оно со звоном упало на пол, покатилось в угол, корова, ждущая дойки, протяжно замычала.

— У, Кощей! – воскликнула Матрёна, – значит, всё-таки не ошиблись мы, он опять за старое взялся?

Настасья кивнула, всхлипнула и разрыдалась, прижав ладони к лицу.

— Я не вынесу больше этого! Не вынесу! Мне не дождаться моего Мишеньку! Уж лучше утопиться в озере! Вот пойду и утоплюсь!

Матрёна схватила Настасью за плечи и затрясла её.

— Ну-ка, хватит реветь! Сделаем, как решили. Вдвоём справимся. Поняла?

Настасья взвыла напоследок, потом изо всех сил ударила себя ладонью по щеке и вытерла слёзы.

— Ты только не бросай меня, Матрёшка, – жалобно попросила она.

— Не боись, не брошу!

Матрёна поставила ведро под корову и снова уселась доить.

— Нож не забудь! – крикнула она вслед Настасье, которая уже бежала к двери.

— Он уже под моей подушкой, – откликнулась та.

Матрёна подоила коров, бездумно выполняя привычные действия. Голова её была полна мыслей, которые были настолько далеки от дойки, насколько север далёк от юга.

Вечером Матрёна забежала в свою комнатушку лишь на минуту, а потом спустилась к Настасье. Та сидела на кровати, сложив руки на коленях.

— Я боюсь! – прошептала она. – Не стоит нам за это браться, грех на душу ляжет…

— Нет, Настасья! – твёрдо сказала Матрёна. – Ни ты, ни я больше терпеть посягательств снохача не будем!

Она достала из-за пазухи верёвку и сложила из неё петлю. Отдав верёвку Настасье, она забралась в постель вместо неё, натянула одеяло до самого подбородка и взяла в руки нож. Настасья растерянно стояла посреди комнаты и смотрела то на Матрёну, то на дверь.

— Отойди к стене и жди. Он, того гляди, придёт! – строго приказала Матрёна.

Настасья послушно отошла, вжалась в стену, притихла. Какое-то время они ждали, прислушиваясь к мнимой тишине дома, а потом лестница заскрипела, оповещая о том, что тот, кого они ждут, скоро будет здесь.

— Я сейчас умру от страха, – прошептала Настасья.

Матрёна и сама чувствовала себя маленьким, загнанным в ловушку зверьком, но, пересилив себя, ответила:

— Не бойся, Настасья, у нас всё получится!

Мужчина, как назло, поднимался по крутой лестнице очень долго. У Матрёны даже ладони вспотели от напряжения. Она положила нож на грудь и обтёрла ладони о сарафан. И тут дверь комнатушки скрипнула и открылась. На пороге застыла тёмная фигура.