Книга Ведьмы, страница 46 – Екатерина Шитова

— Мерзавка! Я потратила на тебя столько лет!

— Я думала, ты искренне любишь меня, – сквозь слезы шептала я, – как же теперь верить в искренность чувств, когда и родная мать меня бросила, и ты не любила, а всего лишь использовала меня! А теперь требуешь платы за свою лживую любовь! Ты сама ничуть не лучше той ведьмы, что наслала проклятье на Авраама!

Авдотья замерла на месте. Она смотрела на меня с такой ненавистью, что я почувствовала, как этот мертвый взгляд пригвоздил меня к месту. Не в силах пошевелиться, я вдруг увидела черные глаза Авдотьи прямо перед собой.

— Ты поплатишься за эти слова. Я отомщу тебе! – злобно прошипела она.

Я открыла рот, но у меня никак не получалось закричать. В этот момент кто-то стал трясти меня за плечи. Я повернула голову и увидела испуганные глаза Мирона, сверкающие в темноте, словно два маленьких огонька от свечи.

— Ангелина, что с тобой?

Я оттолкнула его от себя, оглянулась по сторонам, но вокруг никого не было. Лес был тих и спокоен. Неужели, это был сон? Наверное, я схожу с ума…

— Ты говорила и кричала во сне. Все в порядке? – спросил обеспокоенный парень.

— Да, – тихо ответила я, – спасибо, что разбудил.

Когда мы снова легли на землю, я вздохнула с облегчением. "Это всего лишь сон. Это был сон. Все будет хорошо…" – повторяла я себе, пытаясь убедить себя в этом, но успокоиться так и не получилось.

Дальнейший путь я шла по инерции, на сердце было тяжело от мрачных мыслей. Внезапно небо затянуло свинцовыми тучами, мы решили переждать ураган и спрятались в землянке под большим камнем.

Я никогда раньше не видела такой бури – небо почернело и все вокруг заволокло сумерками, ветер неистовствовал, трепал кроны могучих елей, рвал с корнями кусты и переламывал стволы деревьев. Дождь хлестал по земле тысячами плетей, превращая все вокруг в грязную кашу.

Мы с Мироном сидели, прижавшись друг к другу, промокшие до нитки. Когда над лесом пронесся оглушительный раскат грома, и молния разрезала небо на тысячу черных осколков, я снова увидела ее силуэт.

— Авдотья… – выдохнула я, чувствуя, как все тело леденеет от страха.

По длинному белому платью старухи стекала вода, седые волосы были распущены и взмывали вверх с каждым дуновением ветра. Она не могла не сдержать своего обещания и вернулась, чтобы отомстить мне.

— Кто это? – закричал Мирон.

— Авдотья, – ответила я, вылезая из укрытия.

— Как Авдотья? Она же умерла, – Мирон вылез вслед за мной, но я взяла его за плечи и легонько толкнула назад.

— Оказывается, мстить могут даже мертвые… Не ходи за мной, пожалуйста. Она пришла ко мне.

Я быстро поцеловала Мирона в мокрые от дождя губы, а потом развернулась навстречу старухе, которая подходила все ближе и ближе. Мирон обогнал меня, оттолкнул в сторону и, замахнувшись на Авдотью стволом сломленного дерева, закричал:

— Лучше по-хорошему уходи отсюда! Ты покойница!

Авдотья вытянула вперед свои руки, и те жирными черными змеями потянулись к Мирону. Мощным движением выхватив у парня дубинку, старуха оплела руками его шею и стала душить его. Ткань белой ночнушки треснула по швам, и тут же из мертвого тела вылезла еще одна пара рук. Удлиняясь и растягиваясь, черные руки-змеи поползли по земле ко мне. И уже через доли секунды я почувствовала, как на моей шее сжимается плотное кольцо.