Онлайн книга «Ведьмы»
|
Отец выхаживал корову около недели, все это время мы жили в теплом амбаре у родителей Михаила. Нас кормили и принимали, как уважаемых гостей. Они были хорошими людьми и сразу понравились мне. Но все мое внимание было обращено на Михаила. Он ставил срубы в деревне, и, по словам его отца, был мастером на все руки. Разговорчивый, открытый, добрый – он очаровал мое девичье сердце. Когда он был неподалеку, я чувствовала себя не так, как всегда и понимала, что какое-то незнакомое, сильное чувство завладело моим сердцем. Тайком я рассматривала Михаила: голубые глаза, морщинки в уголках губ, широкие плечи, руки, покрытые коричневым загаром. Мне нравилось в нем все. Он часто улыбался искренней, широкой улыбкой, а к его светлым кудрям мне так и хотелось прикоснуться руками… То первобытное чувство, которое живет внутри каждой женщины, внезапно проснулось и стало жечь меня изнутри. Волнение усиливалось, когда Михаил был рядом, потому что я чувствовала, что и он ко мне неравнодушен. Мне было на ту пору почти двадцать лет, я была готова к любви и к отношениям с мужчиной. Михаил тоже старался остаться со мной наедине, смотрел на меня выразительным взглядом, от которого я краснела. Мы целовались с ним за хлевами жадно и ненасытно, как будто оба до этого не знали, что существует в мире такой огонь, заставляющий гореть вместе. Мне не стыдно сейчас писать тебе об этом, внучка. Это была первая и единственная любовь в моей жизни. Я надеюсь, ты поймешь меня. Я влюбилась. Я дышала любовью. Дышала и горела. Каково же было мое удивление, когда я узнала, что у Михаила есть невеста… * * * Здравствуй, дорогая внученька! Вот и дошла я до того места, с которого началось мое счастье и несчастье. Да, порой счастье и несчастье сосуществуют вместе. Так же, как боль и наслаждение, грусть и радость… Мне все тяжелее дышать. Иногда, кажется, что я не смогу больше сделать ни одного вдоха… Но потом отпускает. Видимо, нужно просто ждать, всему свое время, и смерти тоже. Но давай не будем о грустном, лучше я продолжу свой рассказ… * * * Красивая, статная, темноволосая девушка пришла к Михаилу за день до нашего отъезда. Ее звали Люба. У нее были холодные зеленые глаза, крупный нос и черные брови. Внешне мне она ничуть не понравилась. Мне показалось, что ее теплое, красивое имя ничуть ей не подходит. Во взгляде ее была желчь, а далеко не любовь. Мне стало тяжело дышать рядом с ней. Она вела себя с Михаилом очень уверенно. Оказалось, что их семьи дружат, Михаил и Люба знакомы с детства и уже давно сосватаны друг другу. Я не знаю, как описать тебе мои чувства… Мне было так больно, что захотелось умереть. Михаил поник, перестал смотреть мне в глаза. После того, как Люба ушла, я тоже перестала смотреть в его сторону, не выходила больше из амбара и ждала, когда же мы с отцом уедем из их дома. Мне хотелось плакать, но я не могла показывать свои чувства. Это, пожалуй, одна из сложнейших задач: скрывать свою боль от самых близких. Накануне отъезда у нас все-таки состоялся разговор с Михаилом. На нашем месте, за хлевами, он сказал мне, что не женится на Любе, что полюбил меня по-настоящему, всем сердцем. Я слушала молча, сердце мое бешено колотилось в груди, и я верила в каждое его слово. Когда любишь, невозможно не верить. |