Книга Слеза Василиска, страница 4 – Екатерина Шитова

Я выслушал все ее претензии до единой, потом выждал многозначительную паузу, давая понять, что мне ужасно стыдно и нечего ответить, а потом произнес низким голосом, касаясь телефона губами:

— Я соскучился, Жанна. Я хочу тебя. Я хочу только тебя.

И это сработало. С женщинами это всегда работает. Она ответила моментально оттаявшим голосом:

— Я закажу еду из ресторана. В этот раз точно будет вкусно. Приедешь ко мне после работы?

— Приеду, – ответил я и снова довольно улыбнулся, сбросив вызов.

* * *

Без одежды она была красивее. Рыжие волосы, бледная кожа, тонкие руки, веснушки на плечах, впадинка на шее, острые холмики груди, плоский живот с аккуратным пупком и даже дракон под ним – в ту ночь я понял, что все это мне нравится, что все это мне необходимо. Не знаю, что это было – влюблённость, симпатия или просто зов плоти, но что-то притягивало меня к этой худой рыжеволосой девице с ярко-синими глазами. Все-таки иногда люди включают какие-то внутренние магниты, которые тянут и тянут к себе других людей. Жанна совершенно неожиданно стала для меня таким магнитом.

Без одежды, с бледными губами, без чёрных стрелок, очерчивающих глаза и меняющих их выражение, она казалась нежной, хрупкой, ранимой. Я целовал кончики её длинных пальцев, ее узкие ступни, ее прекрасные волосы и обещал, что больше не пропаду.

— Ты чего такой нежный сегодня? Мы что, встречаемся? – тихо спросила она.

— Да, – тут же ответил я, – ты теперь только моя, а я только твой.

Она прижалась ко мне, и я кожей ощутил, как её губы растянулись в широкой улыбке.

— Не обидишься, если я скажу тебе правду? – спросил я.

Жанна насторожилась и осторожно кивнула головой.

— Тебе лучше без косметики. Ты без неё настоящая. Обещай, что выбросишь эту жуткую красную помаду.

— Эй! – воскликнула она, пытаясь изобразить обиду, – вообще-то это мой любимый оттенок!

Я повернулся и накрыл её бледные губы страстным поцелуем.

* * *

Жанна только казалась весёлой и беззаботной, на самом деле, она носила в своей душе бесконечное одиночество. По крайней мере я ощутил именно это, когда она рассказала о себе. По ее словам ей не везло с мужчинами. Она жила с матерью, а когда та умерла, Жанна превратилась в маленькую, до смерти напуганную тридцатилетнюю девочку, которой было нужно лишь одно – чтобы с ней рядом кто-то был, чтобы хоть кто-то подсказывал ей, что делать вместо матери. Она стала ходить по барам, знакомиться с мужчинами и менять партнёров одного за другим, в надежде найти среди них того самого – сильного и надёжного, кто защитит ее от всего на свете.

Мужчину своей мечты она так и не нашла, зато осмелилась быть собой. Как-то вечером, выпив бутылку вина, Жанна выбросила все свои пиджаки и рубашки в полоску, которые так любила её мама. Вместо них она повесила в шкаф одно-единственное обтягивающее леопардовое платье, о котором всегда мечтала. А на следующий день Жанна пошла в тату-салону и набила на животе дракона. Да, оказывается, дракон был вовсе не десятилетней давности, а совсем свежий, едва вылупившийся из засохших корочек повреждённой кожи, так сказать. Такую историю я услышал от нее в одну из наших встреч.

— Почему именно дракон? – с улыбкой спросил я.

— Ну… Он сильный. Он защитит меня от зла.

Это прозвучало слишком киношно, слишком пафосно, я не выдержал и рассмеялся. И зря. Жанна обиженно надула губы, накинула на голые плечи свой лёгкий халатик и вышла на балкон. У меня своего халата не было, поэтому я закутался в одеяло, сунул ноги в меховые тапки Жанны и вышел следом за ней. Вид со второго этажа ее дома ничуть не впечатлял – перед глазами был всего лишь маленький двор, утонувший в снежной каше, и такой же двухэтажный дом-близнец с обшарпанными жёлтыми стенами. Жанна курила, глядя вдаль, лицо её было напряженным и злым.