Онлайн книга «Сердце ведьмы»
|
Аленка вовсе не похожа была на прилежную ученицу, она больше шалила и кричала, но Маруся старалась не злиться на маленькую сестрёнку, она вспоминала добрую улыбку Катерины Ивановны и старалась улыбаться точно так же, как улыбалась на уроках она. “Вот бы выходные не заканчивались!” – думала Маруся. Она сидела на телеге невыспавшаяся, хмурая, сжимая в руках свою школьную котомку и мешочек с сухарями, которые ей снова наготовила матушка. В воскресенье Маруся хотела наесться на всю предстоящую неделю, но аппетит пропадал от одной мысли о том, что уже утром ей снова предстоит ехать к попадье. Дома было хорошо – никто не заставлял ее сидеть весь вечер на лавке, никто не смотрел на нее строго и зло. Дома все обнимали и целовали Марусю, хвалили ее, Аленка – та вообще умилялась, глядя на старшую сестру. А еще дома было вдоволь еды, да, к тому же, в сундуке лежали Марусины тряпичные куклы – целое семейство. Бабушка Фая их смастерила для Маруси два года назад, когда еще могла вставать с лавки. А вскоре бабушка сильно занемогла, слегла и больше с лавки так и не поднялась. Маруся помогала матушке ухаживать за ней: кормила бабушку Фаю кашей с ложки, стирала ее испачканные простыни. — Вы с бабушкой местами поменялись, – шутила матушка, – Раньше она за тобой пеленки стирала, а теперь ты за ней. Бабушка Фая целовала Марусю, благодарила за заботу. И каждый раз она говорила ей что-нибудь доброе и важное. Вот и теперь, перед самой дорогой, когда Маруся с грустным видом склонилась к морщинистому лицу бабушки Фаи, та тихонько прошептала ей на ухо: — Ничего не бойся, Маруська. А если страх все же накатит внутри, сожми кулаки и вспомни о том, что ты сильная. — Да какая же я сильная, бабушка? – вздохнула Маруся и шмыгнула носом. — Ох, Маруська! Ты ещё себя плохо знаешь, девка моя милая! Бабушка Фая загадочно улыбнулась. Лицо ее при этом помолодело на десяток лет. * * * Телега скрипела, подскакивая на размокших от дождя ухабах и кочках, а иногда колеса ее вязли в тягучей, липкой грязи. Тогда Маруся шептала себе под нос: — Хоть бы колесо поломалось, что ли! Не хочу к попадье! Не хочу, и все! Видимо, однажды отец все же услышал Марусин шепот. Он повернулся и потрепал ее по мокрым волосам. — Ничего-ничего, Маруська, все привыкают, и ты привыкнешь, – сказал он, – это только поначалу такая тоска накатывает. А потом с радостью будешь ездить, вот увидишь. Еще неделька-другая, а там уж будет легче! Тем более Елене Алексеевне ты очень приглянулась. Она, смотри, не каждого к себе на постой берет. Лучших выбирает! К ней сосед Михайло Евсеич своего Тимошку хотел пристроить, так она отказала им сразу, как Тимошку увидела, вот как. Маруся поежилась от холода. Погода была ненастная, с ночи моросил дождь, небо было низким, хмурым и серым. И настроение Маруси было таким же мрачным. — Пап, а почему дочки Елены Алексеевны из комнаты не выходят? Лицо отца стало серьезным, он слегка развернулся к и сказал: — Опять ты про дочек! Так немощные они, не ходят совсем. Ты там, Маруська, не шуми сильно, не мешайся. Сиди тихонечко да помалкивай. Елена Алексеевна денно и нощно за их здоровье молится, чтоб только их на ноги поставить… Маруся вздохнула с облегчением. Так вот почему из комнаты не слышно посторонних звуков, кроме бесконечных, монотонных молитв попадьи. |