Книга Колдовская ночь, страница 52 – Александр Матюхин, Александр Подольский, Дмитрий Тихонов, и др.

Я пыталась распутать волосы и, в конце концов, стала вырывать их прядями из головы. Тем временем мужчина подошёл к одной из русалок и сжал её в своих объятиях. Русалка захохотала и ласково обвила его шею тонкими, белыми руками, а потом потянула за собой к воде.

— Стой, парень! Опомнись! Это русалки, это не люди! Они погубят тебя! – закричала я изо всех сил, но никто не услышал меня, мой голос тонул в общем счастливом визге и смехе.

Русалки смеялись, забегали по очереди в воду и плескали радужными брызгами в пару, слившуюся в страстном поцелуе. Этот поцелуй должен был стать последним для мужчины, неизвестно какими путями пришедшего к Русалочьей обители.

Я видела, как Анна заходит в воду всё глубже, и мужчина, не в силах оторвать взгляда от её пухлых губ, молочной кожи, округлых грудей и покатых бёдер, послушно шёл за ней.

Но, когда вода стала доходить ему до подбородка, он опомнился, стал судорожно хватать ртом воздух и пятился назад. Тут десятки рук под водой опутали его и потянули за собой, на дно. Вода озера какое-то время бурлила, а потом всё на поверхности стихло.

Я заскрипела зубами. В этот момент я возненавидела себя, всех их, обманчиво красивых и безжалостных, возненавидела место, куда я попала не по своей воле, а особенно сильно я возненавидела отца Водяника, ради которого происходили все эти жуткие нападения.

* * *

Постепенно я стала замечать, что мне всё сложнее выходить из Озёрного круга. В тот момент, когда я переступала незримую границу, всё внутри сжималось, скручивалось в узёл, словно какие-то силы пытались удержать меня в пределах Русалочьей обители.

Я уже не могла находиться за пределами круга так долго, как мне бы этого хотелось. Воспоминания мои погружались в туманную дымку, я уже не помнила каких-то деталей, вся моя прошлая жизнь отходила на второй план и забывалась.

Мне по-прежнему было любопытно, как именно я умерла, по-прежнему я не верила, что по собственной воле прыгнула в воду. Но внутри уже не бушевали страсти, эмоции стихли, словно из головы выкачали всё лишнее и заполнили её изнутри прохладной озёрной водой.

Я уже не чувствовала резкого, удушливого запаха, которым пропитано тело русалки. Значит, я уже почти одна из них. Значит, скоро я так же начну бороться за Русалкин венок и манить заблудившихся путников зайти в Озёрный круг…

Я лежала на мягком мху в тени еловых ветвей и пыталась отогнать от себя эти мрачные мысли. Всё равно я ничего не могу изменить. Всё уже случилось. Для всех живых я навеки мертва, а для русалок я уже такая же, как они.

Внезапно я услышала позади чьи-то шаги. Неужели ещё один мужчина? Что же их тянет сюда, словно пчёл к мёду? Я поднялась на ноги и, раздвинув ветви, посмотрела на приближающегося человека.

Каково же было моё удивление, когда я увидела того парня, которого спасла в прошлый раз от неминуемой гибели. Он быстрым шагом шёл к Русалочьей обители. Я выбежала из своего укрытия и закричала:

— Ты, верно, совсем дурак, раз не послушался меня и снова идёшь туда, где чуть не погиб?

Он остановился, резко обернулся и, увидев меня, стремительно направился навстречу.

— Ты… Именно ты-то мне и нужна, – он подошёл ко мне и остановился напротив.

Лицо его будто просияло. Он радостно заговорил:

— Я увидел тебя ещё в прошлый раз, но не смог поговорить, отвлёкся на девушек… – парень замолчал, и щёки его покрылись едва заметным румянцем.