Книга Черная невеста, страница 24 – Мария Покусаева

— Почти, Ваше Высочество. Мы почти как гвардейцы.

Она улыбнулась, робко и нежно, и Ронан снова отвел взгляд.

Он впервые общался с принцессой так близко и так долго. И почему-то впервые посочувствовал принцу-регенту.

— Значит, стригоя?

Они уже стояли под раскидистым дубом на самой границе Сада Роз и Королевского парка. Рядом тянулась стена зеленого лабиринта, отделяющая их от остального мира и от слуг. Садовник и подмастерья убирали с лужайки изящные белые стулья и столик, за которым принцесса пила чай.

Настоящее кукольное чаепитие. Сестренки Эдварда Милле, наверное, часто такое устраивали.

— Фройляйн любит пошутить. – Глория отвела взгляд. Она стояла, обхватив себя руками, словно все еще ежилась от утренней прохлады. – Иногда ее шутки по-детски злы. Она не считает меня ведьмой, но ей нравится играть в это. Некоторые высокопоставленные лица не отличают шутку от слухов, а слухи, мистер Макаллан, сами знаете, бывают смертельным оружием.

— И вы решили, что позвать на чаепитие ловца – отличный способ поддержать игру?

— Отличный способ показать Ее Высочеству, что кое-где она заигрывается.

Ронан невольно поднял брови, пораженный сталью в голосе сеньоры дель Розель. Глория же посмотрела вбок, в сторону старого дуба, и вздохнула:

— Вы не голодны, мистер Макаллан? У меня есть что-то посерьезнее лавандовых бисквитов.

— Не откажусь, сеньора дель Розель.

Лавандовые бисквиты, на вкус Ронана, были хороши, но слишком уж крошечные.

Кукольные. Под стать принцессе.

У Глории были свои покои во флигеле, рядом с домиком, который занимал королевский врач. Окна гостиной выходили в тенистый уголок сада, с балкончика можно было увидеть, как высаженные на огромной круглой клумбе цветы образуют узор, похожий на витражное окно-розетку в кафедральном соборе. Рядом с кустами белых роз сейчас маячила фигура одного из мальчишек-садовников в зеленом форменном сюртучке и в соломенной шляпе.

Пока горничная накрывала на стол, Ронан позволил себе осмотреть комнату.

В рабочий кабинет сеньора дель Розель пустила его почти сразу. Просторная лаборатория, которую ей разрешил занять сэр Таунсенд, ворчливый господин, отвечающий за здоровье королевской семьи, казалась заурядной. Ронан не слишком разбирался в алхимии или лекарстве, не настолько, чтобы с ходу разглядеть подвох, найти свидетельства коварства в расставленных на полочках темных баночках. Конечно, там были и яды – они использовались в лекарском деле, – и ингредиенты, которые входили в состав одного из запретных зелий, подавляющих волю. Но у сеньоры дель Розель была лицензия на то, чтобы со всем этим работать. Настоящая, уж это Ронан проверить мог. И рекомендации от ее учителей, наставников и Медицинской академии Логресса тоже настоящие.

В лаборатории было нечего ловить.

В личных покоях, пожалуй, куда интереснее.

Глория, словно понимая, что Ронан не упустит шанса осмотреться, оставила его одного. Горничная не в счет. Это было почти невежливо, но в то же время дальновидно: Глория всеми силами показывала, что играет с ловцом на одной стороне. Что она готова сотрудничать. Что, если вдруг кто-то посмеет выдвинуть против нее обвинения в злонамеренном применении магии, она успеет дать Ронану все возможности ее защитить.

Вопрос в том, кого именно она могла опасаться.