Книга Черная невеста, страница 149 – Мария Покусаева

Дело леди Флоренс Найтингейл вел мистер Джонатан Данлоу. Этот опытный ловец, сухой и черствый педант, всегда следовал букве закона так четко, словно души у него нет, а вместо нее сложный выверенный механизм, принимающий решения без эмоций. Ронан уважал Данлоу за опыт и знания, но эту вот черствость в нем не любил: она хороша, когда имеешь дело с магами-отступниками или торговцами волшебной пыльцой, погружающей в сладкие грезы, но работа ловцов заключалась не в том, чтобы наказывать за применение магии.

Ловческий Кодекс считал непричинение вреда величайшей ценностью. Магия не была злом – она служила людям, и ловцы следили, чтобы магия не применялась во вред, а не за тем, чтобы она не применялась вообще. Данлоу частенько забывал об этом и бывал чрезмерно суров.

— Закройте за собой дверь и проходите, – сказал он Ронану, когда тот оказался в его кабинете.

Этот кабинет был похож на хозяина: строгий, аккуратный, ничего лишнего – только рабочие папки, книги, наградные листы на стенах и стоящий на столе портрет дочери в круглой рамке. Они были похожи: узколицые, с длинноватыми носами и нависшими бровями, отчего взгляд приобретал неприятную суровость. Дочь Данлоу, Сьюзан, была замужем за каким-то торговцем и жила в соседнем графстве.

— Для начала, мистер Макаллан, позвольте узнать, в чем ваш интерес? – Взгляд Джонатана Данлоу был холоден и полон подозрений.

Ронан спросил разрешения сесть на один из стульев, стоящих вдоль стены, и, получив его, подвинул стул поближе.

Врать не было смысла.

— Мой хороший друг, лорд Эдвард Милле, очень интересуется судьбой этой молодой женщины, – сказал он. – По личным причинам.

Это должно было прозвучать как «Эдвард Милле берет леди Флоренс Найтингейл под свою протекцию». Данлоу услышал как надо и помрачнел. Ему, орденскому псу, должно быть, не нравилось внимание лорда Милле, пусть тот нередко помогал Ордену в других деликатных делах.

— Лорду Милле следовало раньше думать о судьбе леди Найтингейл, – проворчал Данлоу и откашлялся. – Впрочем, ему не о чем волноваться. Перед Орденом леди Найтингейл чиста. Вам пересказать своими словами или вы подождете, пока мой секретарь принесет отчет?

— Я согласен выслушать, – ответил Ронан.

— В таком случае, если вы не против, я попрошу кофе. Воспользуюсь вашим визитом как поводом для передышки. А вы пока почитайте вот это. Будет полезно.

Он протянул Ронану подшивку газетных вырезок и вышел за дверь.

Журналисты успели прозвать леди Найтингейл Черной невестой: кто-то удачно использовал это для заголовка, остальные подхватили – и оно покатилось, как камушки с горы. Орден не привык к такой огласке; дел, вызвавших, как сказал бы Эдвард, широкий общественный резонанс, ему не доставалось давно. Пожалуй, с тех пор, как в Приморье поймали безумного колдуна, приносившего в жертву старым богам младенцев. Еще несколько лет назад была серийная отравительница – семикратная вдова, знавшая много не только о ядах, но и о любовных зельях, с помощью которых и заманивала мужчин, в основном молодых наследников знатных семей, в свои объятия.

Поэтому Логресс и видел в леди Найтингейл только злодейку. Того и гляди она станет героиней одной из городских легенд. А потом – парочки романтических баллад у каких-нибудь бледных поэтов, склонных любить трагедии.