Книга Дьявольские шутки, страница 63 – Лизз Демаро

— Я мёртв? — на одном дыхании выпалил Эйлерт, поражаясь своему, такому чужому голосу, надломленному, хриплому, слишком тихому. — Ты тоже мёртв?

Рагиро стоял на пороге каюты, пораженно глядя на Лерта: вот он, живой, настоящий, рядом с ним, один на один, и можно поддаться искушению и все выложить, как на духу, рассказать то, что случилось, признаться во многом, а главное — в своем проклятии, которое он получил по собственной глупости. Но он молчал, пытаясь осознать заданный Эйлертом вопрос.

Мертвы ли они? О, нет. Они живее всех живых.

— Мы оба живы, — таким же чужим, непривычным голосом ответил Рагиро.

Его слова гулким эхом продолжали раздаваться в голове Эйлерта, и он не мог вымолвить ни слова. Они не могли быть живы. Все это — предсмертный мираж, и сейчас он обязательно увидит отца, а потом убедится в том, что они погибли.

— Ты удивлён? — вопрос звучал нелепо и глупо.

Лерту вдруг стало нестерпимо больно. И эта боль была отнюдь не физической, хотя голова продолжала неприятно гудеть. Эта боль была намного сильнее, глубже; она раскалывала сердце на осколки, дробила душу и разрывала ее по швам. Эту боль невозможно было терпеть, она рушила любое представление о прошлом, настоящем и будущем. Эта боль острыми стрелами пронизывала насквозь. Эйлерт стиснул зубы и вновь повалился на кровать с закрытыми глазами, изо всех сил стараясь не закричать. Он не был готов к такому.

— Если честно, то да, я удивлен. Немного, — кто бы знал, каких усилий Эйлерту стоило произнести эти слова, чтобы они звучали спокойно и уверенно.

— Ты в ужасе, — поправил его Рагиро со слабой улыбкой на губах. Лерт резко распахнул глаза и уставился на него почти что ошеломлённо: даже после стольких лет он мог читать его как открытую книгу.

— Как и ты, — на выдохе ответил Эйлерт, тоже улыбаясь: неуверенно, боязливо. Он сказал это вовсе не потому, что думал так, а потому, что хотелось хоть как-то снять повисшее в воздухе напряжение.

— Это мое пожизненное состояние, — парировал Рагиро, а потом — секунду спустя — они оба рассмеялись. Буквально на несколько мгновений, но искренне и легко. Этот момент можно было по праву считать одним из самых счастливых.

Они вновь замолчали. Рагиро так же стоял на пороге каюты, будто бы один его шаг мог навредить Эйлерту, спугнуть его. Лерт тоже пытался не двигаться и едва ли дышал. Они оба боялись, что все это в одночасье перестанет быть реальностью.

— Где мы? — шёпотом спросил Эйлерт, уже заранее зная ответ.

— На «Гекате», моём корабле. Как только тебе станет легче, я отправлю тебя обратно на «Пандору», можешь не беспокоиться об этом, — словно заученную фразу выдал Рагиро — немного печально, но слишком спокойно, напуская на себя притворную маску расслабленности. — Найти корабль не составит большого тру…

— Как? — нетерпеливо перебил его Лерт, рывком вскакивая с кровати. — Как ты находил мой корабль? Постоянно… я видел «Гекату» рядом с «Пандорой». Почему? Словно корабль-призрак, парящий над волнами и не имеющий парусов. И… как передвигается «Геката»? — он задавал вопросы один за другим, не замечая, что в один момент он оказался рядом с Рагиро.

Рагиро не торопился с ответом: он позволил Эйлерту приблизиться к нему, но сам потом медленно прошел к одному единственному стулу в комнате, усаживаясь на него. Эйлерт оказался спиной к Рагиро, а перед глазами, сменяя друг друга с невероятной скоростью, проносились обрывочные картинки из прошлого. Кольцо. Эйлерт должен отдать кольцо.