Книга Небесный берег, страница 10 – Лизз Демаро

— Спокойной ночи, – шепнул Герсий и, погасив свет, тоже улегся.

Ответ он получил спустя больше чем полчаса:

— Спокойной.

Эверлинг думал, что Герсий уже уснул.

Герсий не спал.

Зрители молчали.

Посередине арены стоял Ирмтон Пини. Его прилизанные блондинистые волосы ярко блестели в свете полуденного солнца. На нем красовался желтый костюм и красный галстук. Желтый цвет казался ярче, чем был на самом деле. На открытой площадке, где стены каждый день окрашивались кровью, он выглядел нелепо. Ирмтон поднял руки, и зал взорвался овациями.

С одной стороны на арену вышла Эванжелина Фрейр. В неудобном облегающем платье цвета крови со слишком глубоким вырезом она чувствовала себя неуютно. Одежда не соответствовала ни месту, ни моде, ни ее характеру, но выбирать, как и всегда, было не из чего. Утром один из стражников заявился в их с Джодерой спальню и положил на кровать коробку с вещами. Будь они циркачами, наряд смотрелся бы эффектно.

Зрители пожирали ее глазами.

Аристократы в один голос крикнули:

— Солнечная Принцесса! – и захлопали.

С другой стороны вышел высокий, но худощавый парень с острыми скулами. Он был в темно-коричневом костюме, менее вызывающем и более удобном. На спине пиджака вырисовывалась светлая вышивка, изображающая солнце и облака. Противник мало чем отличался от сотни других, которых Эванжелина уже победила. Она не запоминала их имена и лица, просто старалась как можно меньше вредить, а уходя с арены, сразу же пыталась забыть, мысленно превращая бои в ночные кошмары.

Парень нагло ухмылялся. Он выглядел самонадеянным. Не уверенным, не знающим – самонадеянным. Ни страха, ни предосторожности. Он просто еще не до конца понял, где оказался. Эванжелина устало вздохнула. Платье сжимало грудь и талию, ей хотелось переодеться.

Они подошли к Ирмтону Пини и встали по обе стороны. Он объявил сегодняшних бойцов: Эванжелина Фрейр, знаменитая Солнечная Принцесса, и Йохан Радж. Если память не изменяла Эванжелине, то этот маг появился на арене совсем недавно, где-то полгода назад. И это, должно быть, его первый, максимум второй бой. Она рассматривала противника, стараясь вычислить слабые и сильные места, и заранее жалела его.

Когда Ирмтон Пини наконец удалился с арены, Эванжелина и Йохан разошлись в разные стороны и развернулись лицом друг к другу.

Бой начался. Зал замолчал.

Солнечная Принцесса любила тишину: крики аристократов, похожих на оголодавших зверей, всегда ее отвлекали. Пару лет назад она громко, во всеуслышание заявила: они должны замолчать, иначе боя не будет. Обезумевшая толпа на удивление запомнила и пошла на компромисс, зато Ирмтон Пини заставил ее голодать три дня, пара стражников – избили и заперли в холодном карцере, после чего Ирмтон выпустил ее на арену. Эванжелина все равно победила, даже обессиленная и голодная.

Йохан оказался магом крови. Магию крови в Форте ошибочно считали самой сильной, даже сильнее магии разума. Эванжелина никогда так не думала, потому что знала мага крови – Эверлинга и мага разума – Герсия. Эверлинг никогда бы не смог победить Герсия, если бы Герсий согласился с ним сражаться.

Остальную магию, в том числе ту, которой владела она, незаслуженно недооценивали. Сила солнца была похожа на огонь, и оттого Эванжелина всегда вела себя осторожно, не желая лишний раз кого-то обжечь.