Книга Руины в цветах, страница 57 – Кристина Той

— Справедливо. Садись на Айсберга. На Мяте поеду я.

Дюк перестал гладить большого волка, тот послушно продолжал лежать, пока Дюк взбирался на его спину.

— А ты ему понравился, – воскликнула Майя. – Я не повезу тебя в наши руины, где остальные ребята-мутанты. Покажу пару мест, раз тебе так интересно, что тут и как.

Дюк запустил руки в черную мягкую шерсть зверя, аккуратно ухватился за шею, и волк резво встал на ноги.

Они не спеша ехали по округе. Ехали недолго, и, когда волки остановились на выступе, смогли разглядеть небольшой разрушенный поселок.

— Иногда мы с ребятами бегаем по таким развалинам, в маленькие города, ищем что-то полезное: еду, одежду, книги, лекарства. По составу на упаковках и книгам о медицине мы научились сами делать лекарства. В большие города не суемся, детям и подросткам туда ходить запрещено, позволено только взрослым. Здания до сих пор осыпаются и могут обрушиться.

— Взрослым?

— Да, мутантам. Потом познакомлю, они у руин живут, в бункере, чтобы людей не теснить. Да и не то чтобы взрослые. Как ты, наверное.

— Погоди, мне послышалось или ты сказала, что вы ищете в развалинах еду?

— Да, еду.

— Она же просроченная… И радиоактивная.

— Еду мы таскаем из бункеров. Там все равно все мертвы. А мертвым, по понятным причинам, еда не нужна.

— Бункеры? Почему люди в них погибли?

— Вроде из-за отсутствия кислорода. Там система вентиляции, которая должна была очищать кислород от ядерной пыли, но так как кислорода не стало, то и очищать было нечего…

— Долго искали?

— Рой говорит, что раньше адреса бункеров были доступны всем, он знал парочку в ближайшем районе, поэтому по карте их быстро нашли. Особенно когда захотелось есть. Но точно не знаю, я не принимала участия в первых поисках. А дальше по меткам проще было найти.

— А она не просрочена?

— Не знаю. Когда ты ел блины, они были вкусными?

Дюка внезапно замутило от осознания, что смесь, из которой готовит хозяйка дома, изготовлена еще до войны.

— Если быть откровенной, то где-то через год-два нам уже придется идти в более отдаленные места за едой. Возможно, поэтому многие из нас хотели бы попасть в ваши сектора. У вас же там еды больше? Плантации настоящие.

— Мне жаль тебя разочаровывать, но еда под куполами – настоящая синтетика. Яйца из пластмассы, искусственно выращенное мясо, молоко из порошка.

— Н-е-е-т, – с недоверием покосилась Майя. – Рой говорил, что в больших секторах он делал подземные плантации.

— Во-первых, впервые слышу. Во-вторых, даже если есть, то натуральной едой может питаться только пятый сектор. Там живут все шишки.

— Это же нечестно.

— Многое в этом мире нечестно, Майя. Например, что таких, как мы, убивают.

Дюк продолжил смотреть на давно сгоревшие руины на месте бывших жилищ: едва уцелевшие стены, торчащая арматура, каркасы зданий. Все эти развалины заросли алыми ростками, а в одном из домов дерево, крепко вросшее в него каждой веткой, бесцеремонно вытянулось на два этажа. Возможно, это дерево и помогло дому устоять.

На въезде в деревню покоилась разрушенная военная техника. Ее природа тоже коснулась своей рукой, и танк, ушедший наполовину под грунт, зарос маленькими вьюнами – они вросли в дуло, в гусеницы, в разрушенный сбоку корпус. Если бы ребята подошли ближе, они рассмотрели бы, что и останки военных постигла та же учесть – они навеки стали одним целым с техникой.