Книга Я выжгу в себе месть, страница 10 – Диана Чайковская

Внутри было вполне обычно. Висели охапки трав под потолком, сушилась какая-то одежда у печи, на подоконнике лежала колода карт, на лавке спал жирный черный кот, а на столе стояли глиняные кружки со сбитнем. Ягиня жестом велела садиться, затем села сама и немного отхлебнула, с удовольствием нюхая теплый дымок.

— С черникой, – довольно улыбнулась она. – Сама делала.

— Б-благодарю, – сказала Василика. – А у меня там угощение есть. Ну, в котомке…

— С угощением потом разберемся, – махнула рукой ведьма. – Думаешь, не вижу, что тебя трясет, словно лист березы на ветру? Бродила возле меня от отчаяния, пришла – из-за него тоже, и что теперь?

— Что? – Василика растерянно сглотнула. – Вы… отобедаете мной?

Костяная Ягиня расхохоталась, разбудив кота.

— Отобедаю! – Повернула голову: – Ты слышал, Сметанник, что нам тут предлагают?

Тот устало зевнул и принялся вылизываться, зубами выдирая колтуны из мягкой шерсти.

— А что тогда?

Страх совсем затуманил ум Василики. Она не знала, чего ожидать от ведьмы. Неожиданное гостеприимство пугало ее. Да, колдуньи и ведуньи умели ворожить на картах, предсказывать будущее, но чтобы дикие и лесные угощали людей сбитнем? Особенно если то была Костяная Ягиня, обладающая страшной силой. Ею пугали в Радогощи с колыбели, и всякому было ведомо, что она знается с навьим миром, вхожа к потусторонним тварям и уже давно потеряла все человеческое.

Женщина, которая сидела напротив Василики, ничем не отличалась от самой простой травницы, разве что в глазах отплясывали огоньки.

— Пламя и кости, девочка, – вздохнула ведьма. – Ягиня – агни, агнем когда-то звался огонь, но то было давно, когда твоя прабабка лежала в колыбели и шептала что-то на младенческом.

— И что? – спросила с интересом Василика.

— А то, что мои кости поизносились, а пламя потихоньку меркнет, – продолжила Ягиня. – Еще лет десять назад карты подсказали, что придет на смену девица, вот ты и пришла. Назад уже не повернешь, даже если захочешь.

— Не захочу. – Василика улыбнулась, отпила половину кружки и удивилась вкусу. Такого сбитня не подавали даже на пирах, куда ее возил отец. Сладкий, отдающий пряностями, травами и цветами. – Ни за что не захочу!

— Посмотрим, – усмехнулась ведьма.

Она не стала признаваться, что девка была не первой. Приходили и другие, стучали в ворота. Одни просились сами, другие растерянно хлопали ресницами, как эта, третьи пятились и нарочно ворожили на убывающую луну, тем самым приводя к себе Смерть. Всех сгубило колдовское ремесло на полпути, но Василика о том даже не догадывалась.

«Жаль будет эту, – подумала про себя Ягиня. – Красивая. Таких ладных еще не бывало. Впрочем, посмотрим, может, она и выдержит».

Духи Нави вовсю наслаждались летом. Ягодный сок стекал по тонким маскам, черничные капли заливались в отверстие на месте рта. Хищные глаза в прорезях горели жутким блеском. Они манили, звали Василику за собой.

— Потанцуй с нами, дивная молодица, – нашептывали нечистые. – Всего один танец, милая. Забудь о бедах и пляши!

Служители Нави причудливо двигались у костра, напевали что-то дикое. Кто-то отбивал рваный ритм, непонятно с какой стороны долетали звуки свирели. Отчего-то Василике казалось, что за чудными масками прятались не лица чудовищ. Духи виделись ей ослепляюще красивыми – настолько, что их зову невозможно было сопротивляться.