Книга Радио «Морок», страница 78 – Татьяна Мастрюкова

— А что у тебя за история про мертвых младенцев, мам? — напомнила я, будто кто за язык тянул.

— Тебе этой мало, что ли? — напустилась на меня Леся, не дав маме и рта раскрыть.

— Странное радио...

— Говорила же, что подслушивают!

— Лучше ешь яблоко и помолчи!

— Тс-с-с!

Мама прижала кончики пальцев к вискам и страдальчески сморщилась. Мы тут же заткнулись. А вот радиоприемник словно специально поджидал паузу в нашей с сестрой ссоре, чтобы ожить опять со своими дурацкими историями. Но мы помнили, что маме они заглушают головную боль, так что замолчали сами.

ГЛАВА ЧЕТЫРНАДЦАТАЯ

Пожилой мужчина говорил, как заметку в газете обсуждал с кем-то. Ощущение было, что прямо под нашим окном. Я даже не поленилась пойти проверить. Нет, действительно радио, а за оконным стеклом ничего примечательного не видно было. И вообще уже смеркаться начало.

ИЗ РАДИОПРИЕМНИКА

...ПЫТАЛСЯ ТУТ ОДИН. НЕ У НАС СТАРИК, НО В ОДНОЙ ТАКОЙ ДЕРЕВНЕ. И ЧЕМ КОНЧИЛОСЯ?

ЗИМОЙ ЭТОЙ. КАК РАЗ НА ПРАЗДНИКИ. ВНЕЗАПНО ЗАГОРЕЛСЯ ЛОСКАТУХИНСКИЙ ДОМ. СГОРЕЛ ПОЛНОСТЬЮ, ТОЛЬКО ОБУГЛЕННЫЕ НАМЕКИ НА СТЕНЫ ОСТАЛИСЬ. ЗА НЕСКОЛЬКО ЧАСОВ, КАК СПИЧКА, БУДТО ПОДЖЕГ КТО. СКАЗАЛИ: СКАЧОК ЭЛЕКТРИЧЕСТВА, ПРОВОДКУ, ДОЛЖНО БЫТЬ, МЫШИ ПОГРЫЗЛИ. ОБЫЧНОЕ ДЕЛО. ТОЛЬКО ВОТ НЕ БЫЛО НИКОГДА В ТОМ ДОМЕ МЫШЕЙ. ХОРОШО ЕЩЕ, НА СОСЕДНИЕ ДОМА ОГОНЬ НЕ ПЕРЕКИНУЛСЯ, НО ВСЕ ЯБЛОНИ И КУСТЫ НА УЧАСТКЕ ДОТЛА СЖЕГ. А ЗАБОР. ВИДИМО, СИЛЬНО СНЕГОМ БЫЛ ЗАВАЛЕН, ПОТОМУ ОСТАЛСЯ ПРАКТИЧЕСКИ ЦЕЛЫМ.

ЖУТКОЕ ДЕЛО. МОЖНО БЫЛО БЫ СПАСТИ, ЕСЛИ БЫ СВЯЗЬ БЫЛА. СЧИТАЙ, САМ ЛОСКАТУХИН СВОЕЙ АКТИВНОЙ ДЕЯТЕЛЬНОСТЬЮ ПО ИЗОЛИРОВАНИЮ ДЕРЕВНИ СЕБЕ ЖЕ СВИНЬЮ ПОДЛОЖИЛ. ТОЧНЕЕ, СВОИМ ПОТОМКАМ И ОСТАВШИМСЯ СОСЕДЯМ. ОБЕРЕГАЛ, ВИШЬ, ЧТОБЫ ДАЛЬШЕ НЕ ПОШЛО, НЕ РАСПРОСТРАНИЛОСЬ. ДА РАЗВЕ МОЖЕТ ЧЕЛОВЕК СУПРОТИВ ЭТИХ СИЛ ПОЙТИ? ДОГОВОРИЛСЯ, НЕ ДОГОВОРИЛСЯ, ВСЕ РАВНО ОНИ САМИ РЕШАЮТ. ЧЕЛОВЕК ТОЛЬКО ПОДСТРАИВАЕТСЯ.

ИЛИ ВОТ ВАДИМ. КУДА ПОЛЕЗ, ЗАЧЕМ ПОЛЕЗ? МАТЬ ТОЛЬКО РАССТРОИЛ. ЧТО ОН, ЧТО ЛОСКАТУХИН — БЫЛИ БЫ КАК ВСЕ, ОСТАЛИСЬ БЫ ЖИВЫ, ЗДОРОВЫ. ДО ГЛУБОКОЙ СТАРОСТИ ЖИВЫ. А ОН ДУМАЛ ОБХИТРИТЬ, ДУМАЛ ПОБЕДИТЬ ОБЕРЕГАМИ ДА ПРАВИЛАМИ. ТОЛЬКО ПРАВИЛА ВСЕ ОДНО НЕ ЕГО БЫЛИ. И ЗИМОЙ ЛЕТНИЕ УГОВОРЫ НЕ ДЕЙСТВУЮТ. А ОБЕРЕГИ ЧТО? ВОТ И ТЬФУ, ОДНОЙ ИСКРЫ ХВАТИЛО. ЛАДНО ТОЛЬКО ЕГО УЧАСТОК ПОСТРАДАЛ. А ТАК КТО-ТО ИЗ ЗЕЛЁНОВА ДЫМ НАД ЛЕСОМ УВИДЕЛ СОВЕРШЕННО СЛУЧАЙНО, ДА ПОКА РАЗБИРАЛИСЬ И ДОБИРАЛИСЬ, К ПЕПЕЛИЩУ В ИТОГЕ И ПРИЕХАЛИ.

ВОТ ТОЖЕ ПОНИМАЮЩИЕ ЛЮДИ ТАМ ЖИВУТ: НИ ВО ЧТО НЕ ВМЕШИВАЮТСЯ, ПОКА СОВСЕМ УЖ НЕ ПРИПЕЧЕТ. ВОТ, ГОВОРЯТ, ПОМОЩИ ОТ НИХ НЕ ЖДИ. А КОМУ НАДО В ПЕРВУЮ ОЧЕРЕДЬ-ТО ПОМОГАТЬ? СЕБЕ! СЕБЕ НЕ ПОМОЖЕШЬ, И ДРУГИМ ПРИ СЛУЧАЕ ТОГДА ПОМОЧЬ НЕ СМОЖЕШЬ. НА СЕБЯ ТОЛЬКО НАДО РАССЧИТЫВАТЬ. ВОТ ОНИ САМИ НЕ ЛЕЗУТ И ДРУГИМ НЕ СОВЕТУЮТ. КАК У НАС. НАДО КАК У НАС.

ВОТ У НАС КОГДА НОВАЯ НАРЯЖУХА ПОЯВИЛАСЬ, ТАК НИКТО В ПАНИКУ НЕ ВПАЛ, НИКУДА НЕ ПОБЕГ...

— О, наконец-то про наряжух! — громко обрадовалась Леся.

Я шикнула на нее и показала глазами на маму. Та устроилась поудобнее на кровати и прикрыла глаза, будто уже начала дремать. А может быть, и правда начала.

Я ни разу не видела, как мама справляется с мигренью без таблеток. Обычно она старалась не доводить до крайностей и прямо даже ненавидела это свое беспомощное состояние.

Но точно ей нужен был полумрак или хотя бы неяркий свет, что здесь вполне обеспечивалось задернутыми занавесками на окне и слабенькой настольной лампой. И еще была необходима тишина. Удивительно, что радио успокаивало головную боль. Может, потому что не издавало резких и громких звуков. И все истории рассказывались будто бы доверительным тоном, будто лично тебе, иногда даже вкрадчиво. Но содержание их совершенно не убаюкивало, даже наоборот.