Я сидела на диване и допивала бутылку виски. Увидев парня, сначала истерично засмеялась, сопровождая смех невнятным бормотанием типа «Где тебя черти носили?» и «Какого хрена вообще!». Потом почему-то из глаз полились слезы. Я так рыдала… Дилан испугался. Подлетел ко мне, стал ощупывать руки и плечи, щебетать на ухо, что все будет хорошо. На его вопросы, болит ли у меня что-то и нужно ли вызвать скорую, я не могла ответить внятно. Я начала бить себя в грудь, имея в виду девичье сердце. Но оно же не болело в самом-то деле, а было просто вусмерть пьяным!
Дилан зачем-то принялся набирать 911, пришлось действовать. Я выбила из его рук телефон, недовольно хмурясь, и повисла на его шее. Дилан согнулся пополам. Одними пальцами схватила его за щеки, отчего губы Дилана вытянулись в трубочку, постаралась сфокусировать взгляд на них. Вспомнила в тот момент, что с Кевином была уверенна и напориста, а с Диланом все выходит наоборот. Я трусила, краснела и заикалась, стоило только подумать о его медной шевелюре или зелени глаз. Хотя, в отличие от Кевина, Дилан признавался мне в любви! Хоть это было и давно…
Разозлившись на саму себя из-за нерешительности, я притянула Дилана еще ближе к себе и поцеловала. Чмокнула и тут же отстранилась, высвобождая его из объятий. Дилан так и замер, согнувшись пополам и хлопая пушистыми ресницами.
«Ты подумала, что я – это Харрис?» Вот что этот идиот спросил у меня после поцелуя! Я фыркнула, кинув в него чем-то, и улеглась спать. Все! Дальше провал в памяти…
Воскресенье
Запись за субботу. Вчера мне было некогда!:)
Дождавшись, когда Дилан проснется, я собралась уходить, но он поймал меня за руку и притянул к себе. Я рухнула к нему на колени, кое-что прищемив… Стало очень неловко. Пришлось, все так же сидя на коленях, дожидаться, когда у него перестанет там болеть.
Он не спешил говорить. Попил колы, потянулся, потом несколько минут просто смотрел на меня. Я не выдержала, сказала, что ухожу. В ответ получила лишь ехидную улыбку, говорящую о том, что он знает меня как облупленную. Я чувствовала себя максимально неловко…
Потом я еще раз попыталась встать с колен Дилана, но не смогла тягаться с его силой. Дилан притянул меня еще ближе и обнял, щекой прижавшись к груди. Кажется, от волнения у меня перехватило дыхание в тот момент.
В следующее мгновение он уже тараторил все, что ему приходило на ум, а я молчала, с каждой минутой краснея все больше и больше. Оказалось, что я бросила в него дневником, Дилан прочитал все записи… Он говорил о том, каким дураком был, что не заметил моих чувств к нему. О том, что теперь никому меня не отдаст и никуда не отпустит. Хотел сидеть вот так, прижавшись друг к другу, весь следующий день. И снова… сказал, что ЛЮБИТ.
Когда он меня наконец-то поцеловал, мне показалось, нет больше в этом мире ничего, что было бы нам неподвластно. Внутри разгорелось такое пламя! Оно смогло бы согреть всех на планете… Дилан был чуток и нежен. Настолько аккуратен, что даже дрожал. Я тоже с трудом сдерживала дрожь, чувствуя его прикосновения.
Конечно, не обошлось без шуточек и подкалывания. Он еще раз извинился за то, что не сразу понял мои чувства, а потом добавил, что подобное будет не редкостью, и залился лукавым смехом. Я хотела бы разозлиться на него, но не могла, вместо этого тоже захохотала. Я была так счастлива. Нет! Я И СЕЙЧАС СЧАСТЛИВА.
Понедельник
Я рассказала Кевину о нас с Диланом. Он порадовался (или сделал вид, что рад). В любом случае теперь я действительно счастлива. Не перестану навещать Кевина… Но в дневник с этого дня не запишу ни слова…
