Книга Притворись моим, страница 93 – Марика Макей

Его улыбка для Эддисон была сравнима с гипнозом. Она не могла перед ней устоять. Ее руки не слушались, тянулись к Ною, сердце щемило, просило простить, а губы… Одно лишь представление о поцелуях Ноя заставляло их гореть от желания. Эддисон звучно всхлипнула.

— Эй… – шепнул Ной ей на ухо, притягивая к себе, – прости меня. И умоляю, только не плачь. Твои слезы делают мне больнее любых ушибов и порезов. Когда ты плачешь из-за меня, я себя ненавижу.

Ной поцеловал Эддисон в висок, затем скулу, нос, следом нежно, словно прося разрешения, припал к губам. Из груди Эддисон вырвался вздох, ей казалось, она вечность ждала этого поцелуя.

— Прости меня! – шептал Ной, не переставая прикасаться к лицу Эддисон губами. – Будь я проклят, если еще когда-нибудь заставлю тебя плакать… Прости меня. Я обещаю, что изменюсь ради нас. Я сделаю все для тебя, слышишь?

Эддисон несколько раз кивнула, глотая слезы. Ной обнял ее со всей теплотой и трепетом, ласково провел здоровой рукой по волосам. Эддисон уткнулась носом в шею Ноя, вдыхая его аромат. Ей так хотелось вцепиться в него и больше никогда не отпускать. Чтобы с ним не случилось ничего непоправимого.

Эддисон немного отстранилась от Ноя, заглянув в его искрящиеся глаза. Только он смотрел на нее так. Заставляя плавиться от избытка чувств. Магнетизм их взглядов дурманил.

— Кажется, – хрипло прошептал Ной, – теперь я стал липучкой, Смит.

Эддисон не удержалась, поцеловала Ноя, испытывая чуть ли не боль от этого прикосновения. Она хотела отдать Ною всю себя, но была так бессильна сейчас.

— Если бы я не был таким кретином и не повредил руку, – Ной укусил Эддисон за мочку уха, – я бы вряд ли сейчас смог сдержаться, Смит. Меня переполняют эмоции.

Эддисон почувствовала, как подогнулись ноги в коленях. Она хотела ответить Ною что-то такое же чувственное, но услышала звук клаксона.

— Как же не вовремя, – прорычал Ной, взглянув на открытое окно. – Вики и Здоровяк в машине. Ждут, когда мы помиримся. Не зря же ты готовила вечеринку-сюрприз.

— Значит, у меня не было и шанса спровадить тебя? – наконец, улыбнулась Эддисон.

— Ни одного. Ты же все-таки моя невеста.

Весь вечер субботы ребята провели вчетвером. Играли в настолки, смотрели новинки кино и много смеялись. Ной и Виктория вместе задули свечи на торте, загадав желания.

— День выдался сложным, – будто между делом сообщил Лиам, – мы с Вики пойдем спать.

— Хорошо. Я вам в гостевой постелила, ребята.

— Не забывайте предохраняться, я еще не готов стать дядей!

— Боже, Ной! – вспыхнула от смущения Эддисон.

Лиам и Виктория не обратили внимания на эту колкость, в обнимку вышли из гостиной. Через десять минут Эддисон и Ной тоже ретировались в спальню.

Эддисон взяла на себя перевязку руки Ноя, потому что Лиаму он не давался, а Вики боялась вида крови. Порез оказался длинным и глубоким, по его краям на расстоянии полдюйма располагалось пять швов.

— Больно? – нахмурилась Эддисон, прикасаясь ватным диском с антисептиком к ране.

— Да не особо.

Вопреки словам, Ной поморщился. Чувствуя его боль, как свою, Эддисон принялась дуть на порез. Ной усмехнулся, внимательно наблюдая за ней.

— Что?

— Ничего. Просто думаю, насколько же мне с тобой повезло.

— Перестань…

Эддисон смущенно продолжила дуть на рану.