Книга Безупречный, страница 27 – Элси Сильвер

— Если бы он был таким придурком, как Джаспер, с ним все было бы в порядке.

Джаспер даже не пытается оспорить мнение своего друга.

— Не знаю… — Я морщу нос, обдумывая эту мысль.

Именно в эту минуту официантка оказывается рядом.

— У вас все хорошо? Могу я предложить вам еще по одной?

И тут глаза Бо загораются, как у ребенка на Рождество.

— Да. — Он достает из бумажника двадцатидолларовую купюру и кладет ее на середину стола. — Я дам тебе еще по одной за каждый супердевчачий напиток на молоке, который ты принесешь моему брату.

Глаза официантки округляются. И мои тоже.

Джаспер прижимает кулак к губам, и его плечи трясутся.

— Укрась его зонтиком.

Но и это еще не все.

— И объяви за столом, что это напиток от его будущей жены и она знает, что это его любимый.

У меня отвисает челюсть, когда я смотрю на Бо.

— Что ты делаешь?

— Собираюсь разозлить его настолько, чтобы оттащить от этого стола ради тебя.

Я смеюсь. Это не тот план, который я имела в виду. Мальчики.

Официантка покусывает губу, уставившись на деньги, и прижимает коричневый пластиковый поднос к груди.

— Это что, прикол?

— Нет, Бейли, — отвечает Бо, его голос смягчается. — Это не имеет к тебе никакого отношения. Просто хорошая шутка.

Она смотрит на него широко раскрытыми глазами и выглядит в этот момент особенно юной. Хотя я знаю, что для работы в баре ей должно быть не меньше восемнадцати.

— Ладно. Хорошо.

С этими словами она смахивает купюру со стола и уходит.

Кип: Сегодня разговаривал с остальными твоими спонсорами. Несколько не определились с тем, что они собираются делать. Но «Вранглер» и «Ариат» все еще в деле… пока ты держишь себя в руках.

Кип: Прием. Ты собираешься поблагодарить меня?

Ретт: Нет.

Кип: Я знаю, ты любишь меня.

Ретт: Нет. Ты натравил на меня служебную собаку. Твоя принцесса держит мои яйца в своих руках.

Кип: Хорошо. Твои яйца не помешало бы немного выкрутить.

Я как раз рассказываю о своем последнем заезде — и это то, о чем мне действительно нравится рассказывать, — когда передо мной появляется стакан.

Мои глаза останавливаются на розовощекой малышке Бейли Янсен, покусывающей губу.

— Это от твоей будущей жены. — Я откидываюсь на спинку после этих слов. — Она сказала, что знает, что это твой любимый. — Бейли едва может выговорить эти слова.

Я обдумываю это, оглядывая стол, но все здесь, кажется, в таком же замешательстве, как и я. Несколько мужчин посмеиваются, но девушки выглядят растерянными. Некоторые — разгневанными.

Если бы одна из них улыбалась мне, я бы понял, что это она.

Когда я как следует разглядываю напиток, то прихожу в еще большее замешательство.

— Что это?

— Это… гм… «Белый русский»? ^[20]

Я хмурю брови, глядя на молочный коктейль: струйки темного ликера поднимаются со дна. Какого хрена?

— Наслаждайся! — пищит Бейли, прежде чем уйти. Если бы я не знал, что она единственная приятная особа из всей семьи Янсен, заподозрил бы ее. Но мне почему-то кажется, что кто-то другой подтолкнул ее к этому.

Мое первое предположение — это Бо.

Я разглядываю бар в поисках брата, пока Лора — кто-то, кого я знаю мимоходом со времен средней школы, — пытается остановить Бейли. Как будто этот молочный коктейль с зонтиком — оскорбление моей мужественности. Сверху даже есть гребаная коктейльная вишенка — сочная и яркая. И когда я смотрю на нее, мне вспоминаются губы Саммер.