Книга Безупречный, страница 2 – Элси Сильвер

— Нет, не заслуживают, — бормочет Ретт, пытаясь увеличить расстояние между ними.

Почему эти люди думают, что им обязаны ответить, если устраивают засаду на человека, который занимается своими делами?

— Как насчет извинений? — спрашивает парень.

А потом Ретт бьет его по лицу.

Это происходит так быстро, что я начинаю часто моргать, пытаясь уследить за дрожащими и сменяющимися кадрами.

Ну, дерьмо.

Через несколько секунд назойливый папарацци, схватившись за лицо, оказывается на земле, а Ретт разжимает кулак и уходит, не сказав ни слова.

Экран снова переключается на ведущих новостей, сидящих за столом, но прежде, чем они успевают что-либо сказать о том, что мы только что увидели, папа выключает телевизор и издает рокочущий звук разочарования.

— Я ненавижу этих гребаных ковбоев. Их невозможно держать в узде. Я не хочу иметь с ним дело. Так что, к счастью для вас двоих, эту работу может получить любой. — Он практически дрожит от ярости, но я просто откидываюсь на спинку стула. Мой отец легко выходит из себя, но он так же быстро успокаивается. Сейчас я уже привыкла к перепадам его настроения. Вы не продержитесь долго в «Хэмилтон Элит», если не сможете противостоять Кипу Хэмилтону.

К счастью, у меня была целая жизнь, чтобы научиться отстраняться от этого, так что у меня выработался иммунитет. Я пришла к выводу, что это часть его обаяния, поэтому не принимаю его злость на свой счет. Он не злится на меня. Он просто… злится.

— Я годами надрывал задницу, чтобы найти этому деревенщине спонсора, о котором он и не мечтал, а теперь, когда его карьера подходит к концу, он идет и уничтожает все это вот так. — Рука отца скользит по настенному экрану. — Ты хоть представляешь, Саммер, сколько денег зарабатывают эти парни за то, что они достаточно чокнутые, чтобы вскарабкаться на разъяренного быка весом в две тысячи фунтов ^[1]?

— Нет. — У меня такое чувство, что он вот-вот мне скажет. Я смотрю в темные глаза отца, того же оттенка, что и мои. Джефф, другой стажер, сидящий в кресле рядом с моим, съеживается на своем месте.

— Они зарабатывают миллионы долларов, если они так же хороши, как этот засранец.

Я бы никогда не подумала, что это крупный бизнес, впрочем, на юридическом факультете такому не учат. Я знаю все о Ретте Итоне — сенсации, покорителе родео на быках и главном подростковом предмете обожания, но почти ничего о реальной индустрии или спорте. Уголки моих губ приподнимаются, когда я вспоминаю, как десять лет назад лежала в своей постели и смотрела на его фотографию.

Ретт взобрался на забор, оглянулся через плечо на камеру. Позади него — открытая земля и теплое заходящее солнце. На его губах играет кокетливая улыбка, глаза частично скрыты поношенной ковбойской шляпой, и pie1ce de re2sistance… ^[2] на нем джинсы «Вранглер», которые облегают все лучшие части тела.

Так что да, я мало что знаю о родео на быках. Но знаю, что потратила ужасно много времени, разглядывая эту фотографию. Землю. Свет. Она привлекала меня. Дело было не только в парне. Она заставляла меня хотеть быть там, самой наблюдать за этим закатом.

— Джордж, ты знаешь, сколько стоило то молоко, которое он только что спустил в унитаз? Не говоря уже обо всех других спонсорах, чьи яйца я буду ласкать, чтобы сгладить это дерьмо?