Онлайн книга «Безнадежный»
|
Сейчас мы оба импульсивны. Я приподнимаюсь над ней, и мой взгляд падает на красную отметину, которую я оставил. Её ноги раскинуты на моих бёдрах. Киска на виду. Розовая и влажная, когда она притягивает меня ближе. — Бейли, — выдавливаю я, когда она выравнивает нас. На кончике моего члена блестит капля предэякулята. Она трётся им о себя, прямо сквозь свою влажность. Её глаза закрываются, а грудь приподнимается при первом контакте. — Бейли, — снова говорю я, наклоняясь вперёд, чтобы обхватить свой член, и отталкивая её руки. Они оказываются на её сиськах, сжимают их, щиплют — этот большой бриллиант мигает мне, как сигнальная лампочка, чтобы я, чёрт возьми, притормозил. Она сейчас безрассудна, ради меня. А я? Я безрассуден ради неё. Но она зависит от меня. Зависит от того, что я позабочусь о ней. Чтобы не быть слишком импульсивным. — Бо. — Она открывает глаза, обжигая меня пламенем, пляшущим в их глубине. — Я хочу этого. — Я знаю, детка. Но мы не торопимся. Я снова провожу членом по её складкам, потому что я любитель наказаний. — Я хочу сделать тебе так хорошо, Бейли. Она извивается и стонет. — Уже хорошо. — Пока нет. — я едва выдавливаю из себя эти слова, видя, как головка моего члена становится влажной от её сока. Она скулит, на самом деле скулит, и раздвигает ноги еще шире. — Когда? Обхватив свой член, я снова прижимаю его к ее киске. — Когда я скажу, Бейли. Разве я не говорил тебе, что теперь эта киска моя? Она стонет в ответ. И боже, я так чертовски слаб. Мои бедра не слушаются меня. Они подаются вперед, и один дюйм моего члена исчезает в ней. Мы оба замираем. — Блядь. — Я стону, чувствуя, как она бьется рядом со мной. Ее голова медленно раскачивается на подушке из стороны в сторону, когда она повторяет мое имя. Я стою на краю обрыва. Одна половина меня говорит: "Прыгай". Другой говорит, что, может быть, сначала взять парашют. Я выхожу и снова втягиваю его на тот же дюйм, наблюдая, как она раскрывается для меня. Боже. Было бы так просто… Нет. Я не хочу быть с ней беспечным Дело не только в ее теле. Это ее первый раз. Дело в ее сердце. Это мое сердце. Это моя привычка притворяться. Это вопрос моего контроля. Вот почему я выхожу из нее и тянусь за игрушкой, которая лежит забытая на матрасе рядом с нами. Я кладу ее на свое место и наблюдаю, как она корчится. — Черт! — кричит она, когда я вгоняю ее в нее. Он не такой большой, как у меня, но она все равно вздрагивает, когда я проталкиваю его до упора. Мой кулак болезненно сжимается в обхвате, как будто я могу каким-то образом перекрыть приток крови и держать себя в руках, сжимая сильнее. — Бейли, детка, используй свои руки. Покажи мне, что ты умеешь. Не сводя с меня глаз, она проводит руками вниз по своему торсу, пока не оказывается на силиконовой подставке. Она нажимает на что-то, и устройство гудит и вибрирует. Из того места, где её тело сжимает обтянутую кожей игрушку, вытекает влага, и она тут же вскрикивает.. — Тебе нравится? Она кивает в ответ, и я провожу свободной рукой по её губам, плотно сжатым вокруг вибратора. — Ты так чертовски хороша в этом. — Я обхватываю свой член рукой и делаю один раз, и она двигается в такт со мной, вытаскивая игрушку и снова вводя её. Это худшее в мире дразнение — смотреть, как она трахает себя, и желать, чтобы это был я. Моё тело болит от этого. Низ моей спины. За тазом. |