Книга Безрассудный, страница 15 – Элси Сильвер

И я думаю, что всегда буду любить ее за это.

— Тео, сердцеед. Как сейчас идет охота?

Его глаза на мгновение застыли на моих, больше сосредоточенной решимости, чем игривой беспечности. Внезапно мне захотелось узнать, что, черт возьми, он собирался мне сказать. Я избегала его всю ночь, и Уилла достаточно проницательна, чтобы заметить. Но она совсем не вовремя.

— Уилла. Как ты себя чувствуешь? Тебе кто-нибудь говорил в последнее время, что ты светишься? — Он так легко обходит вопрос. Так игриво. Даже она не может не ухмыльнуться и не закатить глаза.

В Тео есть что-то неотразимо обаятельное. Что-то мальчишеское и веселое. Он еще не пресытился. Возможно, это привлекательность мужчины, чей взгляд на жизнь, кажется, «стакан наполовину полон», когда я «стакан наполовину пуст» большую часть времени.

Это Кейд, старший из братьев Итон, который топает и плюхается рядом с Уиллой, властно обнимая ее за плечи.

— Предоставь это тебе, приставать к беременной женщине, Тео.

Все смеются, даже Тео. Но я вижу, как его затылок напрягается, как будто в шутке есть что-то, чего никто не ожидал. Как будто он заставляет себя держать голову высоко, когда ему этого не хочется.

Я знаю, потому что я тоже так делаю.

— Господи, мужик, она носит твоего ребенка и живет в твоем доме. Что тебе нужно? Твое имя вытатуировано у нее на лбу? Я просто дружелюбен.

Тут входит Ретт.

— Да, приятель. Я видел, насколько ты можешь быть дружелюбным. Я бы даже сказал, что ты известен своим дружелюбием.

Тео улыбается и закатывает глаза.

— Рад слышать это от тебя, Итон.

— Эй... — Руки Ретта поднимаются, в одной из них он держит пиво. — Я был Златовлаской. Вся каша была слишком горячей или слишком холодной. Наконец-то нашел ту, которая была просто...

Саммер прерывает его с притворным выражением раздражения на лице.

— Пожалуйста, не заканчивай это предложение. Любая аналогия, которая сравнивает меня с разваренными хлопьями, просто... нет, Ретт. Нет.

— Но кленовый сироп, который я люблю добавлять в него, напоминает мне...

— Ретт Итон. — Глаза моей сестры расширяются. — Контролируй себя.

Его губы кривятся, и выражение лица сочится сексом. Это граничит с неуместностью, но, судя по прошлому поведению Ретта, я уже знаю, что он импульсивный и нефильтрованный.

Я моргаю, отворачиваюсь, в большие окна и на заснеженные фермерские угодья.

Снег все еще падает.

— Мне жаль. — Тео стоит надо мной, когда я поднимаю взгляд. Клянусь, я оглядываюсь за себя, чтобы увидеть, сказал ли он мне это только что. На стене висит голова оленя с множеством рогов.

Я указываю.

— Зачем? Ты его убил?

Его губы приподнимаются, и кожа у глаз немного морщится.

— Я не разговаривал с оленем, Уинтер.

Потекли другие разговоры, и внимание больше не на Тео. Вместо этого он просто обращает внимание на меня. Что почти душит.

— Мне жаль, что я заставил тебя чувствовать себя неловко по дороге сюда. Это не было моим намерением. Как... — Его рука проводит по волосам, тугим по бокам и немного длиннее на макушке. Придавая ему некий вид сексуального растрепывания. — Вовсе нет.

Я киваю, но скрещиваю руки, словно они могут защитить меня от него.

— Ладно.

Его густые темные брови поднимаются на лбу.

— Да? Это как... извинения приняты?

— А если нет? — Я выгибаю одну бровь, бросая ему вызов. И я почти не узнаю себя.