Книга Безрассудный, страница 143 – Элси Сильвер

— Ну, думаю, мы сейчас узнаем, — говорит она в ответ жестким голосом. Это совсем не похоже на женщину, которую я знаю.

Затем секунды перестают идти, и экран превращается в столбцы кубов. Разноцветные квадраты, которые ничего не значат для меня, когда я смотрю на них.

Я задыхаюсь. Мне больно. Я злюсь. Недели эмоций обрушиваются на меня. Недели эмоций, которые я отталкивал во имя ответственности и взрослости. Недели заботы о людях вокруг меня, но неспособности заботиться о себе.

И я набросился не на того, черт возьми.

Я хочу залезть в телефон и вытащить эти пять слов одно за одним. Отменить все, что я сказал. Я только что подумал худшее о женщине, которая провела свою жизнь, чувствуя, что все всегда думают о ней только худшее.

И я выплюнул эти слова прямо ей в лицо.

— Это было неправильно, Тео. — Грубый голос Ретта доносится до моих ушей, когда я откидываюсь на холодные металлические шкафчики позади себя и закрываю глаза, мой желудок сжимается от мгновенной тошноты.

— Я знаю.

Мама: Тео, пожалуйста, ответь на звонок. Я уже несколько раз пыталась позвонить.

Ретт: Напиши мне, когда вернешься в целости и сохранности.

Саммер: Я это исправлю.

— Что?

Я плюхаюсь на одну из двух двуспальных кроватей в моем грустном, скучном гостиничном номере, подношу телефон к уху и обматываю талию полотенцем.

— Вернулся в целости и сохранности? — Там, где находится Ретт, тихо. Он, очевидно, тоже никуда не выходил.

— Ага. — Я не уверен, почему он мне звонит, когда мы только что виделись и остановились в одном отеле. — Что случилось?

— Просто проверяю, как ты.

— Я видел сообщение. Ты тоже придешь потереть мне спину перед сном?

Я слышу, как он фыркает.

— Я могу, если хочешь.

— Нет. Я в порядке.

— Ты уверен?

— Нет. Но я буду.

— Тебе стоит ей позвонить.

Я стону.

— Я знаю.

— Ты собираешься?

— Утром. Мне нужна секунда, чтобы собраться с мыслями. С того дня, как я узнал о Виви, я буквально бросил все, что делал, и прыгнул прямо, не раздумывая. Я просто был в режиме выживания, и сегодня... сегодня меня облажал.

— Чувак. Эта девочка твоя. Она практически твой двойник. Я не знаю, как никто из нас это соединил.

— Я знаю. Я знаю. Но есть этот ворчливый голос, который все время спрашивает меня: А что, если ее нет? А что, если произошла какая-то ошибка? В ту ночь, когда мы переспали, она еще не дала ему документы о разводе, так что это не так уж и невозможно. Я бы не стал ее осуждать. И это ничего не изменит.

Ретт молчит несколько мгновений.

— Если бы Виви не была твоей, ты бы все равно хотел быть с Уинтер?

— Конечно, я все равно хотел бы быть с Уинтер. Я хотел Уинтер с той самой первой ночи, когда увидел ее. Я все равно хотел бы Виви. Но я был бы опустошен. Возможно, Уинтер долго пыталась забеременеть, а я может быть, случайно наткнулся на отцовство, но мне это нравится, Ретт. Я люблю их.

— Тогда ты должен позвонить ей и сказать это.

Я чувствую, что позвонил, но она так чертовски застенчива, что это никуда не приводит. Я не хочу торопить ее, подталкивать, задаваться вопросом, не терпит ли она меня, чтобы успокоить какую-то мою предполагаемую неуверенность.

Но я не делюсь этим с Реттом. Это кажется личным. Это то, что происходит между мной и Уинтер, и никто другой не должен быть посвящен в эту часть нас.