Книга Тени прошлого, страница 56 – Оливер Стормс

Сфотографировав дочку на фоне жирафов, Сандра отправила одно фото Кристиану, уходя от ответа.

Сандра: «Не думал расширить географию и посетить Африку?»

Кристиан: «А ты хорошо ознакомилась со списком моих работ *эмодзи большой палец вверх».

Прочитав ответ, Сандра почувствовала, как ее щеки запылали. В наблюдательности Кристиану не занимать. Несмотря на смущение, что так легко выдала себя, Сандра восхитилась его проницательностью.

Сандра: «Просто на выставке так много хорошего о тебе услышала. Решила убедиться, что о тебе говорили правду. Мало ли, а вдруг врали».

Кристиан: «Жаль. А я-то размечтался…»

Пока разговор не перетек не в то русло, Сандра решила свернуть его. Слишком сильно она разволновалась.

Сандра: «Ладно. Пока. Меня зовет Дженни».

Кристиан: «Сандра, вот мой номер: 40412… Можешь записать меня любым именем или прозвищем, просто пиши мне на телефон, пожалуйста! Я извелся целый день проверять чат *эмодзи стесняющийся человечек*».

Ее сердце затрепетало. Как же странно оно устроено – тянулось к тому, кого нельзя обнять. Но разве это обязательно? Ее любят. Вот так просто, на расстоянии, сквозь годы и без условий. Что плохого в том, если они и впрямь попробуют дружить: говорить, шутить, делиться мыслями? Как раньше…

* * *

Сандра, как и обещала, привезла Дженни в салон проколоть ушки. Дочь нервно теребила край платья, то и дело поднимая на нее глаза в поисках поддержки. Сандра присела перед Дженни и сжала ее холодные ладошки.

— Если ты передумала, мы можем просто уйти отсюда, – предложила она. Сандра волновалась так, будто прокалывали уши ей самой. С самого рождения своей малышки она ощущала невидимую нить между ними. Плач Дженни отзывался в ней звоном тревоги. Любая боль остро отдавалась в каждой клеточке тела, будь то царапина, ушиб, первая прививка, колики, жар или просто непонятный дискомфорт, от которого Дженни хмурилась и хныкала. Но каждый ушиб, каждая слеза – жизненный урок. Защищать от всего означало лишить дочь опыта, сделать хрупкой перед лицом мира. – Но тогда ты не сможешь носить сережки, – заключила Сандра.

— Нет! Я хочу сельги! – воинственно заявила дочурка, и страх моментально улетучился из ее глаз.

— Садись сюда, красотка! – улыбнулась мастер Оливия, подготовив стерильный пистолет.

Дженни вдохнула глубже, сжала руку Сандры и зажмурилась. Тонкий щелчок. Дженни ахнула, но не заплакала, только широко раскрыла глаза.

— Раз! – торжественно объявила Оливия.

— Почти не больно, – удивилась Дженни, трогая мочку с маленькой сережкой из медицинского титана.

Второй щелчок.

— И два! Вот и все! Через два месяца их можно будет сменить на обычные, – пояснила Оливия и протянула Дженни карамель на палочке в виде короны. – Держи! За смелость! Теперь на одну принцессу в нашем мире стало больше!

— Мама, я плавда как принцесса? – спросила Дженни, любуясь собой у зеркала.

— Конечно, милая! Дженнифер Джонс Великолепная! – подыграла Сандра, целуя дочь в макушку.

В приподнятом настроении они вышли из салона и направились к припаркованной неподалеку машине. Город гудел, проезжающие автомобили монотонно шлифовали колесами асфальт. Внезапно раздался резкий визг тормозных колодок, и Сандра обернулась на шум.

Ничего не случилось, просто лихач на кабриолете чуть не проехал на красный. Знал бы он, какую роль сыграл в ее жизни. Вроде маленькую, незначительную, но для Сандры он стал компасом. Она смотрела уже не на дорогое авто, а на вывеску позади него – настоящий знак свыше в виде аккуратных золотых букв, чуть потертых по краям: «Салон для творческих людей».